Перстень Александра Пушкина

– На Большую Филевскую.

– По ночной Москве – минуть двадцать, не больше. Позвони сначала, может, дома нет никого.

Дуло протянул ему свой телефон.

– Номер в эсэмэске от Курочки.

Немного повозившись, Юрий затих, потом сказал:

– Не отвечает. Кто это?

– Девушка.

– Спит.

– Все равно едем, – устало сказал Дуло.

– Может, до утра подождем?

– Едем сейчас.

На Большую Филевскую они прибыли через пятнадцать минут, свернули во двор и остановились у облезлой хрущевки.

– Подъезд какой? – спросил Флегонтов.

– Не знаю, скорей всего, третий. – Сергей вышел из машины, раскинул руки, потянулся и несколько раз зевнул. – Квартира сорок четыре.

– Тогда третий подъезд, первый этаж, квартира направо.

– Идем.

Флегонтов направился к третьему подъезду, дернул дверь за ручку.

– Заперто.

К нему подошел Дуло.

– Придется ждать, пока кто-нибудь выйдет.

– Или войдет. – Юрий взглянул на часы. – В два часа ночи вероятность равна нулю. – Он набрал номер квартиры и нажал кнопку вызова.

Из открытой форточки справа послышались гудки домофона. Гудки продолжались долго, но свет в окнах квартиры не зажегся, им никто не открыл.

– Что будем делать? – спросил Флегонтов. – Может, завтра заедем?

Однако Дуло, кажется, заклинило. Ничего не ответив, он позвонил в соседнюю квартиру.

– Кто там? – из динамика донесся старушечий голос.

– Полиция, открывайте.

После нескольких секунд молчания тот же голос спросил:

– Откуда мне знать, кто вы?

Дуло потерял остатки терпения, склонился к динамику и произнес:

– Подойди к окну, бабушка, я тебе удостоверение покажу.

В окне слева вспыхнул свет и открылась одна створка. Оттуда высунулась сухая рука, усыпанная коричневыми старческими пятнышками. Сергей достал удостоверение и сунул его в руку, после чего она спряталась и створка закрылась. Выждав пару минут, Флегонтов стукнул в окно, но тут же услышал, что дверь подъезда отворилась. В проеме стояла худая старая женщина, закутанная в пуховый платок.

– Проходите, – сказала она и, когда мужчины оказались в коридоре, протянула удостоверение. – Вот, заберите. – Потом строго спросила: – Чего вам?

– Иди, бабушка, спи. Мы – в сорок четвертую, – ответил Дуло и поднялся на первый этаж. – Не знаешь, есть кто-нибудь дома?

– Линка в десять часов пришла.

– Лина Карягина?

Старуха кивнула.

– Кто еще проживает в квартире?

– Она одна проживает. Ни родителей, ни братьев, ни сестер. Так… Без роду, без племени.