Перстень Александра Пушкина

Они остановились и приготовились что-то записывать.

– Как себя чувствуем?

– Слышу плохо, и голова… – Полина снова подняла руку в бинтах.

– Я же сказал, это осколочное. К счастью, зацепило не сильно.

Доктор достал из нагрудного кармана маленький молоток и поднес к ее носу.

– Смотрим…

Полина свела глаза к переносице. Молоточек переместился вправо, потом влево, она перевела взгляд вслед за ним.

– Так… Руки перед собой.

Полина вытянула руки.

– Закройте глаза и поочередно коснитесь указательными пальцами носа.

Правый указательный палец попал в глаз, левый – в щеку.

– Да… – сказал доктор. – Откройте глаза. У вас, моя дорогая, контузия.

– Что со мной случилось? – спросила Полина.

– Вы сами что-нибудь помните? – осторожно поинтересовался доктор.

Она покачала головой.

– Был взрыв, и вы оказались рядом, – подсказал он.

– Здесь, в Москве? – предположила Полина.

Женщины-врачи переглянулись, и одна очень спокойно произнесла:

– В Санкт-Петербурге.

– В Санкт-Петербурге? – Полина удивленно перевела взгляд на врача.

Тот посмотрел на помощниц.

– Думаю, не стоит сейчас ее беспокоить. В ближайшее время она вряд ли что-нибудь вспомнит.

Одна из женщин склонилась к Полине.

– При вас не было документов. Помните, как вас зовут? Фамилию свою помните?

Полина устало закрыла глаза и, будто издалека, услышала голос доктора:

– Дня через два память вернется, тогда все оформите. Пока оставьте ее в покое. Она сорок часов без памяти провалялась.

Когда Полина снова открыла глаза, врачей в палате уже не было, но рядом сидела тетка с большим синяком.

– Ты и вправду ничего не помнишь? – спросила она.

– Нет, – ответила Полина.

– И как рвануло, не помнишь?

– Нет.

– И как нас с тобой в «Скорой» везли?

– Откуда?

– С вокзала, где взорвалось. Только я легче отделалась, а ты два дня без сознания пролежала.

Полина смотрела перед собой, и ей не хотелось ни думать, ни вспоминать. Она задала только один вопрос:

– Кто та старушка с зонтиком?

– Полоумная Юля, говорят, она давно здесь лежит.

Полина снова закрыла глаза, вспомнила зеленый зонтик старухи, и ей почудились джунгли. Из зарослей вышел светлоглазый коротко стриженный человек, она повязала ему галстук и подала пиджак. Он посмотрел на нее долгим взглядом, потом сказал: «Вот за что я тебя люблю, Полина…»

«Полина… Полина Свирская». – Она вспомнила свое имя.