Город Антонеску. Книга 1

Трудно сказать, откуда взялись эти странные цифры – всего 24 обвиняемых и всего «свыше миллиона» жертв?!

Ладно, пусть всего 24 обвиняемых и пусть «свыше миллиона» жертв!

Но почему к смертной казни были приговорены всего 14 убийц?

И почему из этих 14-ти повешены были только четверо?

Первый – командующий Энзатцгруппе «D» группенфюрер Отто Олендорф.

Второй – командующий Эйзатцгруппе «B» бригаденфюрер Эрих Науман.

Третий – палач Бабьего Яра, командир Зондеркоммандо «SK-4a», штандартенфюрер Пауль Блобель.

И четвертый – наш «положительный» герр Брауне.

Ни один человек, ни один еврей не остался на Дальнике в живых.

И то, что произошло, известно лишь из свидетельских показаний самих убийц.

Шли часы.

Противотанковые рвы были уже до краев заполнены трупами.

А толпы евреев из Одессы все прибывали и прибывали.

Убийцы начали нервничать.

Счет вели скрупулезно – пока удалось расстрелять около 4000. Вместе с теми 5000, повешенными вчера в городе, это всего 9000.

А Ордонанс № 561 требовал вдвое больше!

Во рвах места нет. Что делать?

На счастье, здесь же, неподалеку, стояло несколько амбаров для хранения зерна.

Чем амбары хуже противотанковых рвов!

Несколько тысяч евреев загнали в амбары.

В пробоины в стенах – память недавних боев – вставили пулеметы.

Теперь «дело» пошло быстрее.

Час за часом косят людей пулеметные очереди, и их треск сливается с дикими криками жертв.

Наступает ночь. А в амбарах все еще остаются живые люди, те, которых не смог настичь пулеметный огонь, те, которые, чтобы укрыться от этого слепого огня, прижались к стенам, легли на пол.

Убийцам все это уже надоело – они обливают амбары бензином и поджигают вместе с запертыми там живыми людьми.

Всю эту долгую октябрьскую ночь полыхало пламя. Его гигантские сполохи окрашивали кровью небосвод. Всю эту долгую октябрьскую ночь метались в амбарах сжигаемые заживо люди.

Мало кому это удавалось. А тех, кому удавалось, расстреливал из пистолета сам подполковник Никулеску.

Впрочем, это были уже не люди, а горящие факелы.

Да и подполковника Никулеску вряд ли можно было назвать человеком – весь покрытый копотью и кровью, он скорее похож был на дьявола из преисподней.