Мифы Древней Греции

Мог он, как соломинку, переломить столетнюю сосну, мог от скалы оторвать утес величиной с дом и метнуть его на сотню шагов, а в беге с самим ветром готов был состязаться. Не знал он пределов своим желаниям и ничем не ограничивал свою волю. Запрокинул Евритион голову и издал боевой клич. Обернулись гости на звук, а кентавр прокричал: «По древнему обычаю и праву силы похищаю я невесту. Кто смелый, бейтесь со мной или уйдите с дороги!»

Сказал и бросился к Гипподамии, схватил ее, но не смог унести, так как остановил его Пирифой.

Схватились они не на шутку. Оба готовы были убивать, оба не знали жалости…

Видя это, другие кентавры стали хватать себе женщин, до которых могли дотянуться. Кинулись на защиту своих жен и дочерей лапифы, и превратился пир в бойню. С корнем вырывали кентавры деревья и бились ими, как палицами, топтали врагов копытами, крушили ударами могучих кулаков. Лапифы же и ставшие на их сторону гости-люди во главе с афинским героем Тесеем и эгинским царевичем Пелеем бились мечами и ножами.

Античная статуя.

Фото из Википедии

Ручьями лилась кровь, смешиваясь с душистым вином из разбитых амфор, и падали убитые на раненых, а раненые на убитых.

В этот день прославился среди лапифов Кеней. Был он некогда девушкой по имени Кенея, которую полюбил Посейдон. Но не хотела она женской доли, потому, когда пообещал бог выполнить любое ее желание, попросила она сделать ее неуязвимым в бою мужчиной. Выполнил Посейдон эту просьбу, и появился на свет герой Кеней. Не брало его никакое оружие, но не обладал он бессмертием.

В день кровавого пира смело бросался в бой Кеней, разя противников мечом и кинжалом. Немало кентавров убил он, оставаясь невредимым, но догадались полулюди-полукони, как его сразить. Завалили его древесными стволами, вдавили в землю, и задохнулся герой.

Сначала победа склонялась к кентаврам, но на шум спешили к месту боя лапифы со всей округи. Все больше и больше было их, и обессилили кентавры. Сломила их сила. Один за другим стали они вырываться из схватки и спасаться бегством.

Окровавленные, с дикими глазами и растрепанными бородами, неслись они, не разбирая дороги. Сталкивались со спешащими на бой новыми отрядами лапифов и вновь убивали или падали убитыми.

Хоть и был пьян от вина и крови Евритион, понял он, что не одолеет врагов. Собрал вокруг себя уцелевших кентавров, выстроил их колонной. В первых рядах бок о бок стали сильнейшие из них. Живой стеной прикрыли слабых и раненых. Впереди всех сам вождь встал.