Жуткие сказки братьев Гримм

И когда человек-медведь пил из ручья, утоляя жажду, он не узнавал отвратительного чудовища, смотревшего на него из воды.

Он больше не походил на человека. Больше не чувствовал себя человеком. «Кто я?» – спрашивал он себя. И настало время, когда он едва мог вспомнить ответ. А может, следовало бы спросить: «Что это за чудовище?»

Лето сменилось осенью. И одним пронизывающе-холодным вечером собиралась гроза.

Человек-медведь вышел из своей лесной берлоги и направился в долину, там находился один старый трактир.

Он постучал в дверь и изо всех сил постарался ответить вежливо, когда хозяин спросил, кто это там пришел, хотя его голос… Голос был таким сиплым, что слов было почти не разобрать, ведь он давно ни с кем не разговаривал.

Хозяин все-таки открыл – но сразу же снова захлопнул дверь.

– Сюда тебе хода нет, – прерывающимся голосом сказал трактирщик из-за закрытой двери.

– Тогда пусти меня в хлев. Твоя скотина мне не помешает.

– Зато ты ей помешаешь. Напугаешь до дрожи.

– Тогда дай комнату. Плачу двойную цену. Десятикратную цену.

– Десятикратную? – Короткое молчание. Затем лязг засова, и дверь снова отворилась. За нею человек-медведь увидел пару глаз, недоверчивых, но жадных. – Деньги вперед.

Не так-то просто выудить из кармана столько монет, когда твои ногти превратились в длинные когти, но в конце концов ему удалось.

– Занимай самую дальнюю комнату да не вздумай никому на глаза показываться, – наказал хозяин. – У меня приличное заведение, и приходится заботиться о своем добром имени.

Живее!

Зажав нос, трактирщик провел гостя в его комнату.

Скрипучая кровать, масляная лампа, освещавшая только середину комнаты. Тараканы, ползущие по стенам. И еще таз для умывания.

Человек-медведь долго сидел, уставившись на него.

На улице начался дождь.

* * *

Той ночью он чуть было не сдался.

Минуло четыре года, а казалось, что все сорок. Каждый день тянулся бесконечно долго, каждый день – презрительные взгляды и обращенные к нему спины.

И каждая ночь тянулась бесконечно долго, а в ней – кошмары про войну. Осталось терпеть всего три года: меньше половины, но не было чувства, которое бывает, когда минуешь рубеж. Казалось, что впереди зияет бесконечность. Пройдут оставшиеся три года, и что дальше? Кем он все-таки хочет стать? Человек-медведь не знал, но заметил, что начал разговаривать сам с собой. И порой видеть то, чего не было.