Купола российские. От веры до верности

Ермолай-Еразм, видимо, опирался в своих исследованиях только на устные народные предания о Муромском князе и его супруге. Но так ли далеко он ушел от летописей? И можно ли считать «Повесть о Петре и Февронии» действительным источником сведений об их жизни?

Дело в том, что народное почитание и свидетельства о жизни и чудесах святых являются и поныне серьезным источником при составлении житий канонизированных святых. А в XVI веке и, конечно, в более ранний период устное творчество было главным источником информации.

Заслуга Ермолая-Еразма в том, что он бережно собрал все, на его взгляд, достоверные сказания и предания о святых Петре и Февронии и, отредактировав их, донес до читателя. Ошибка же этого древнего писателя в том, что он не соединил устные предания с данными летописей.

Кроме весьма краткого канонического жития, включенного в Четьи Минеи святителя Димитрия, кроме других, более поздних, но куда более полных житий и непосредственно самой «Повести…» Ермолая-Еразма, есть еще одно житие Петра и Февронии.

На мой взгляд, оно является самым объективным и исторически выверенным источником. Это жизнеописание составлено святителем Филаретом (Гумилевским), блестящим богословом, авторитетным историком XIX века, и включено им в книгу избранных житий святых. Чем для нас особенно ценен труд святителя Филарета? Он, как профессиональный историк, опирается на исторические источники: русские летописи, родословную Муромских князей, историю Рязанского и Муромского княжеств, «Пролог», сочинения историков Татищева и Карамзина.

Но вернемся к «Повести…» Ермолая-Еразма. То, что это произведение также является источником сведений о жизни любимейших русских святых, несомненно. Даже святитель Филарет, несмотря на то что подходит к «Повести…» критически, широко использует ее при написании своей версии жития.

Но пора обратиться к самой «Повести о Петре и Февронии». Попробуем разобраться в том, что в этом сказании можно признать вполне достоверным с духовной и агиографической точек зрения, а что вызывает сомнения.

Раз «Повесть…» так прочно вошла в православный обиход и пользуется такой известностью и уважением у церковного народа, мы не можем не признавать за ней права быть источником сведений о земной жизни небесных покровителей брака. Посмотрим же, какие загадочные места сразу бросаются в глаза в труде Ермолая-Еразма.