Похожая на человека и удивительная

 – То есть… – поправилась я, – не на само кладбище, а… рядом. Все равно было очень страшно.

– Я бы не испугался! – сказал Женя, поднимаясь через две ступеньки со своей тяжелой сумкой.

– Ясное дело, – ответила я, с трудом догоняя его. Заныла нога. Я, кажется, совсем забыла предписания доктора, просившего меня ходить не больше часа в день, не прыгать через две ступеньки с тяжелой камерой и заниматься лечебной гимнастикой.

Глава 8

– Костя? Какой Костя?

Спросонья я не поняла, кто из множества Кость, которых я знаю – как минимум два на работе, врач из больницы Константин Игоревич, те спортсмены-чемпионы-артисты, у кого я брала интервью и так далее, – кто же мне звонит в столь ранний час.

Почему час мне показался ранним, я не знаю. На самом деле, когда я приподнялась, чтобы посмотреть на будильник, он показывал почти девять часов. «Можно проспать всю жизнь», как говорил папа, все пытавшийся что-то такое успеть за свою жизнь, что пережило бы его самого.

– Лика, прости, если я тебя разбудил… Мы ведь на «ты»?

– На «ты», на «ты», – успокоила я неведомого Костю.

В журналистском мире, как в деревне, – все на «ты». Так гораздо проще – можно говорить и писать необязательные глупости, задавать неприличные вопросы, да и просто – как приятно быть со всем миром на короткой ноге. Ощущение свободы и какой-то невзрослости, что ли. Вот в Швеции даже короля называют на «ты». Все чувствуют себя близкими родственниками в маленькой благополучной Швеции. Только почему-то количества депрессий и самоубийств там больше, чем где бы то ни было.

– Лика, не удивляйся, я все думал о нашей последней встрече… У меня к тебе в этой связи есть просьба. Не поможешь ли ты мне в одном деле? Вернее, не попытаешься ли помочь…

Я пока так и не узнала голос звонившего человека. С просьбами о помощи ко мне обращаются чуть ли не ежедневно, в связи с особенностями моей профессии. Иногда реально мои статьи никому не помогают, просто человеку кажется – если о его проблеме узнали другие, то как-то и проблема рассосется, люди посочувствуют, и вообще…

– Да, постараюсь.

 – Вот теперь бы мне и уточнить фамилию Кости, но он опередил меня:

– Приедешь сегодня ко мне на прием? Где-то между двенадцатью и двумя, тебе удобно? Там у меня пациентов нет пока…

«Пациентов»… Неужели Костя Семирява сам мне звонит? А я ведь как раз собиралась к нему прийти еще раз. Но, правда, не так скоро, не на следующий день. Только бы Костик не заболел опять своей детской влюбленностью в меня.