Фатум

И нужно было снова отыскать потерянную микровселенную и нырнуть, чтобы продолжать чувствовать слова каждой мурашкой на теле.

Алиса испортила одного журавлика, расправила бумагу, черкнула пару раздражённых строк, скомкала и, улучив удобный момент, кинула скучающему критику. Он поймал комок, словно знал заранее и ждал; развернул записку и бросил красноречивый взгляд на Алису. В нём не было ожидаемого раздражения, а на лице не появилось кривой ухмылки; Макс только слегка приподнял брови и скрестил руки. При этом юноша продолжал разглядывать багровую от возмущения незнакомку, и она отвернулась, приложив ладони к горячим щекам.

А Лавр успел вспомнить слова и нырнуть в ту самую пучину, где зародилась его первая строка:

Лишь бы обнять твои хрупкие плечи,

Шёпотом славить уснувшее солнце,

Мне бы дождаться коротенькой встречи,

Только не стать для тебя незнакомцем.

Алиса невольно вздрогнула: чей-то бумажный ком прилетел ей прямо в затылок. Она сощурилась и сжала записку в кулаке. Кажется, этот надменный критик нарывается на следующую словесную дуэль, а девушка слишком хорошо владеет оружием, чтобы позволить себе проиграть.

Её некрасивый пляшущий почерк (слова глядят в разные стороны, готовясь растерзать друг друга):

«Тебе не стыдно?»

Его мелкий, но неожиданно аккуратный:

«Литературным критикам, к несчастью, нередко приходится копаться в мусоре. Но я этого не стыжусь».

Нахальный постскриптум написан крупными печатными буквами:

«МАКИЯЖ ПОПРАВЬ – ТУШЬ РАСТЕКЛАСЬ».

«И кого это он назвал мусором?» – Алиса поджала губы. Унижение коллеги по перу она восприняла как личное оскорбление. Девушка достала из кожаной сумки зеркальце в ту самую минуту, когда раздались звонкие аплодисменты. Саша толкнула подругу в бок:

– Ну ты чего? Поддержи Лавра!

На сцену вышла Тина – всё такая же серьёзная и строгая. Глядя на гордо поднятую голову и идеально прямые плечи, можно было подумать, что эта девушка считает себя единицей среди нулей. Она проводила соперника снисходительным взглядом, а тот ушёл –поникший, сгорбленный и опустошённый.

Алиса открыла рот, чтобы сказать юноше слова поддержки, но тот отодвинул стул и отвернулся. Тина коснулась подола платья, поправила полурасплетённые косы и, взглянув на Макса Летова, кивнула:

– Благодарю жюри за внимание, которое вы проявили ко мне. Я очень ценю любую конструктивную критику.

Макс выпрямился, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и стал обмахиваться руками.