Тени Старого Арбата

Я сразу ушла.

– Встретили кого-нибудь в коридоре или на лестнице?

– Кого же там встретишь? Все, кто был, ужинали вместе с вами.

– Не все… – обронил Кречетов.

– Кто ж тогда?

– Халид, повар ваш, например.

– Скажете тоже! Халид в это время спал и видел десятый сон.

– Значит, его вы не встретили?

– Нет, не встретила.

– А как насчет Василины?

– Она внизу, на кухне была. Еду на стол подавала.

– Помнится, Василина выходила.

– На третьем этаже ее не было.

– Значит, ужинала Полина Аркадьевна после того, как вы покинули комнату? – глядя под ноги, Кречетов прошелся по комнате до окна.

– Нет, не так! – решительно заявила Леся.

– Вы только что сказали, что Полина Аркадьевна не ела при вас.

– Она вообще не ела.

Кречетов удивленно взглянул на Лесю:

– Что?..

– Вечером, когда я забирала поднос, то заметила, что старуха ни к чему не притронулась.

– Так, так… – Кречетов прошел от окна до двери и обратно. Хватаясь за последнюю возможность подтвердить свою версию, он спросил: – Она что-нибудь пила? Что вы ей принесли?

– Чай.

– И что же? Она и его не выпила?

– Я же говорю: старуха ни к чему не притронулась.

– Ну, предположим… – Кречетов ненадолго задумался, потом спросил: – Я видел на столе возле кровати непочатую бутылку минеральной воды. Кто ее принес?

– Я принесла.

– Когда?

– Позавчера вечером вместе с лекарством.

Он уточнил:

– С флаконом джунгарского аконита?

– С ним.

Кречетов вернулся к окну и уставился на голубя, сидящего на карнизе.

Голубь склонил голову и тоже посмотрел на него, потом шумно вспорхнул и улетел.

Кречетов обернулся:

– После того как покойницу отправили в морг, вы сразу же явились в ее комнату…

– Чтобы прибраться, – с готовностью подхватила Леся.

– Кто приказал?

– Ясно кто…

– Эмма Леонидовна? – спросил Кречетов и, услышав «нет», удивился: – Кто же тогда?

– Хозяйка.

– Жена Михаила?

– Ну да. Юлия Сергеевна проснулась, спустилась на кухню, Эмма Леонидовна ей все рассказала…

– Все, это – что?

– Ну, что старуха умерла и ее увезли в морг.

Юлия Сергеевна, конечно, расстроилась, велела мне бросить все дела, вымыть комнату, а постельное белье, подушку и одеяло выбросить.

– Что с личными вещами?

– Они в чулане. Лекарства я тоже выбросила. Они больше не нужны, старуха-то умерла.

– Ну, да… – Кречетов немного помолчал, потом спросил: – Иконку на столике у нее видели?

– Иконку Николая Чудотворца?

– Да, мы говорим о ней.