Тени Старого Арбата

Ведь он не только Юлию хотел обидеть, а еще и меня.

– Не смей обижаться, – Глеб заговорил с особенной, нервозной интонацией в голосе, которая обычно предшествует катастрофе. – За всю свою жизнь ты не заработала ни рубля. При этом, в том же ГУМе, можешь с легкостью потратить несколько миллионов.

– А что в этом плохого? – Кира пожала плечами. – Я трачу деньги и получаю от этого удовольствие.

– Ты тратишь не свои деньги. Отцовские, – сдержанно уточнил Глеб. – Так чем же ты лучше проститутки? Та хоть работает в чужих постелях.

А ты, Кира, – паразитка. И тебе придется с этим смириться.

– Боже мой… – проронила Ольга и уткнулась взглядом в тарелку.

– Я студентка МГИМО! – со слезами в голосе воскликнула Кира.

– Студентка платного отделения, – напомнил ей Глеб. – За один год твоего ничегонеделанья отец платит целое состояние.

– Глебушка! – воскликнула Эмма Леонидовна. – С цепи ты, что ли, сорвался?!

Глеб бросил на нее бешеный взгляд, резко встал и отшвырнул салфетку, но Кира схватила его за руку:

– Я не понимаю, за что ты на меня взъелся!

– Не понимаешь? – Глеб грубо оттолкнул Киру, и она упала на стул.

 – Нельзя швыряться деньгами, которых не заработала! Нужно иметь совесть!

– Ну да… Совесть – не деньги, всегда подскажут, где потерял. – Кречетов отложил вилку, встал и взял Глеба за плечо: – Тебе лучше уйти.

– Пустите! – Глеб попытался вырваться, но у него не получилось. – Пустите, говорю!

– Не в этот раз, – спокойно сказал Кречетов. – Запомни, пока я здесь, такое не прокатит.

– Да кто вы такой!

– Глебушка, ступай к себе в комнату! – взмолилась Эмма Леонидовна. – Послушай умного человека.

– Да идите вы все! – выкрикнул Глеб и вышел из комнаты.

Проводив его взглядом, Юлия произнесла, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Какой бес в него сегодня вселился?

В ответ на ее вопрос Кира заплакала.

В образовавшейся тишине прозвучал голос Константина:

– Можно мне еще чуточку ветчины?

После ужина все перешли в гостиную на втором этаже, где горничные накрыли десертный стол.

Ольга, сославшись на усталость, ушла в свою комнату. Константин, прихватив с собой орехов и фруктов, тоже не задержался.

– С Глебом что-то не так… – тихо сказала Кира. – Мне кажется, он не в себе.

– Нервное истощение, – уверила Эмма Леонидовна. – Он слишком много работает.

– Не-е-ет, – протянула Кира, – я чувствую, что дело не в этом. Иногда в Глеба словно вселяется бес, и он не контролирует себя, становится другим человеком.