Девять рассказов

Через двадцать минут они допивали в гостиной по первому виски со льдом и разговаривали в свойской, несколько угловатой манере бывших соседок по студенческому общежитию. Их связывало даже нечто большее: ни одна, ни другая не окончила колледжа. Элоиза ушла в середине второго курса, в 1942-м, через неделю после того, как ее застукали с солдатом в закрытом лифте на третьем этаже ее общежития. А Мэри Джейн ушла – в том же году, из той же группы, почти в тот же месяц – ради того, чтобы выйти за курсанта авиашколы, расквартированного в Джексонвилле, во Флориде, подтянутого паренька из Дилла, Миссисипи, помешанного на самолетах, который два из трех месяцев женитьбы на Мэри Джейн провел в тюрьме за то, что пырнул ножом военного полисмена.

– Нет, – говорила Элоиза. – Вообще-то, в рыжую.

Она растянулась на диване, скрестив в лодыжках худые, но очень красивые ноги.

– А я слышала, в блондинку, – повторила Мэри Джейн. Она сидела на синем стуле с прямой спинкой. – Как ты гришь, в хвост и гриву, блондинка.

– Не-а.

– Все в порядке. У меня целая пачка, – сказала Мэри Джейн. – Где-то.

Она стала рыться в своей сумочке.

– Это все горничная, лохня, – сказала Элоиза, не вставая с дивана. – Я сунула ей под нос два новеньких блока где-то час назад. Она может войти в любую минуту и спросить, что с ними делать. Черт, о чем я говорила?

– О Тиринджер, – подсказала Мэри Джейн, закуривая сигарету из своей пачки.

– А, да. Я точно помню. Она перекрасилась вечером перед тем, как вышла за этого Фрэнка Хенке. Ты хоть немного его помнишь?

– Ну, вроде. Низенький такой, рядовой? Ужасно некрасивый?

– Некрасивый. Господи! Он был как немытый Бела Лугоши[4 - Бела Лугоши (1882–1956) – голливудский актер венгерского происхождения, игравший злодеев в фильмах ужасов и триллерах. Прославился ролью графа Дракулы в фильме «Дракула» (1931) реж. Тода Браунинга.].

Мэри Джейн откинула голову и заржала.

– Изумительно, – сказала она, возвращаясь в нормальную позу и допивая виски.

– Дай-ка стакан, – сказала Элоиза, опуская ногу в чулке на пол и вставая. – Честно, лохня та еще. Я все сделала, разве только не заставила Лью заняться с ней любовью, чтобы она перебралась с нами сюда. Теперь уже жалею… Где ты достала эту вещь?

– Эту? – сказала Мэри Джейн, тронув брошь с камеей у себя на шее. – Она у меня со школы, господи боже.