Девять рассказов

Она оглядела комнату, мысленно переставляя мебель, выбрасывая настольные лампы, убирая искусственные цветы. Комната, по ее мнению, была донельзя кошмарной – дорогой, но безвкусной.

Вдруг из другой части квартиры прокричал мужской голос:

– Эрик? Это ты?

Джина решила, что это брат Селены, которого она ни разу не видела. Она закинула ногу на ногу, расправила подол пальто на коленях и стала ждать.

В комнату ворвался босиком молодой человек в очках, пижаме и с открытым ртом.

– Ой. Я думал, это Эрик, елки-палки, – сказал он.

Не останавливаясь и ужасно сутулясь, он проследовал через комнату, бережно прижимая что-то к своей щуплой груди. И присел на свободный край дивана. – Я сейчас порезал нафиг палец, – сказал он запальчиво. Он посмотрел на Джинни так, словно рассчитывал увидеть ее здесь. – Когда-нибудь резали палец? Чтобы так вот, до кости? – спросил он. В его крикливом голосе слышалась неподдельная мольба, словно бы Джинни могла своим ответом избавить его от некой крайне одинокой формы избранности.

Джинни уставилась на него.

– Ну, не так чтобы до кости, – сказала она, – но случалось резаться.

Она в жизни не видела столь нелепого человека или, лучше сказать, молодого человека – сложно было определить его возраст. Волосы у него торчали со сна. Щеки покрывала двухдневная щетина, светлая и редкая. И вид у него был откровенно придурковатый.

– Как вы порезались? – спросила она.

Он опустил голову и приоткрыл рот, уставившись на палец.

– Что? – сказал он.

– Как вы порезались?

– Знать бы, черт, – сказал он, очевидно подразумевая, что подлинная причина ему неизвестна. – Искал кое-что в чертовой корзине, а там полно бритвенных лезвий.

– Вы брат Селены? – спросила Джинни.

– Ну да. Господи, я умру нафиг от потери крови. Побудьте еще тут. Мне может понадобиться переливание.

– Вы что-нибудь наложили на рану?

Брат Селены слегка отстранил палец от груди и представил на обозрение Джинни.

– Только чуток туалетной бумаги, – сказал он.

 – Кровь нафиг остановить. Как когда режешься при бритье, – он снова посмотрел на Джинни. – А вы кто? – спросил он. – Подруга чувырлы?

– Мы в одном классе.

– Да ну? И как вас зовут?

– Вирджиния Мэннокс.

– Так ты Джинни? – сказал он, щурясь на нее через очки. – Ты Джинни Мэннокс?

– Да, – сказала Джинни, снимая одну ногу с другой.

Брат Селены снова сосредоточился на своем пальце, очевидно, единственном для него предмете интереса в комнате.