Питерская принцесса

В небольшой спальне было несколько зеркал, расположенных так, что, куда ни повернешься, всюду натыкаешься на свое маленькое или большое отражение – в полный рост, поясной портрет, бюст или в крайнем случае голову. Можно было подумать, что сексуальная жизнь в этой спальне вовсе не более чем скромная, а отличается разнузданностью борделя.

– Будут родители и Гарик с Ритой, – добавил он.

«Плечи, руки, какой же он у меня… красивый», – счастливо перечисляя свое достояние, привычно подумала Наташа.

Но ее неприятно кольнуло равнодушие Бобы к ней. Раньше после любви он еще какое-то время бывал с ней нежен…

– Как родители? Как Гарик с Ритой? Я же тебя еще в начале недели спрашивала, можно ли мне пригласить Нину с Антоном?.. – Наташа постаралась скрыть обиду и поспешно встала рядом с Бобой, прижавшись к нему тонким плечиком. – Так что, мне сказать им, что сегодня отменяется?

Влажные со сна, сильно вьющиеся кольца светлых волос оказались у Бобы на груди, и он слегка отмахнулся – щекотно, мол, отодвинься.

Даже босиком Наташа была заметно выше мужа, и на фоне его коренастого тела со слегка оплывшими плечами и плотными жировыми валиками на спине казалась особенно хрупкой. Как длинный тонкий музыкант рядом со своим контрабасом, массивным и значительным.

– А как же моя мама? Она же собиралась сегодня остаться в городе… Вдруг она не сможет приехать? Если твои родители будут без нее, мама обидится.

Расстроенная Наташа походила на олененка и большими влажными глазами, и нервно переступающими, слишком длинными и тонкими ногами, которые как-то ненужно и глупо виднелись в высоком разрезе шелковой ночной рубашки. Ах, эти полудетские трогательные ножки девочки-манекенщицы – нежные и стройные, правда, с неожиданно долгими ступнями и некрасиво выдающейся косточкой. Наташа как-то забывала помнить, что ноги у нее очень хороши, а про некрасивые косточки помнила каждую минуту, стеснялась своих ног.

На пляж старалась надевать носочки и даже домашние тапочки носила закрытые по тонкую щиколотку.

– Твоя мама может идти в жопу, – равнодушно предложил Боба. – Как вариант. А хочет, может идти еще куда-нибудь… – Боба зевнул. – Нину с Антоном не отменяй, пусть будут. Стол сделай по полной программе. Деньги в ящике стола. Все.