Инвестор в драных носках. История одной медитации, изменившей жизнь

Получив свой заказ, они садились и «старенький» с волнением и предвкушением наблюдал за «новеньким», будто бы говоря где-то внутри себя: «Я несу ответственность за то, чтобы тебе понравилось». И вот когда он уже смачно уплетал за обе щеки выбранное блюдо, его друг смотрел на него с чувством выполненного долга и, гордо улыбаясь, поощрительно кивал: «Я ж тебе говорил». Этот приводил новых посетителей, те ещё кого-то, так и росло число постоянных гостей. А для Костика это были именно гости или же посетители.

Его коробило от слова «клиенты».

– Клиенты у проституток в публичном доме и в кабинетах у психологов, а у нас приличное заведение, – шутя любил приговаривать он, когда вновь слышал это слово.

Вечерами он оставался со студентами покурить кальян и поиграть на гитарах. Он с шестнадцати лет практически не расставался с гитарой и рад был всегда кому-то, кто разделял его интересы в этом. В юности он написал немало классных песен, принимал участие в рок-группе, играя на барабанах или гитаре, но звёздами они так и не стали.

Но Костик по-прежнему не терял надежды использовать свой талант и страсть к музыке, чтобы утолить жажду творчества и реализовать накопленный материал в записанных синглах, а может и опять выйти на сцену.

Поздоровавшись с Женькой – гитаристом, Костик подошел к барной стойке.

– Зая, привет, – обратился он к Вике, слегка перегибаясь через стойку, чтобы заглянуть в рабочую зона. – Как дела?

– Привет! Попа в мыле, как обычно, сам видишь, – ответила она, продолжая что-то нарезать, и вновь показывая работнице, что и как нужно раскладывать на тарелку перед подачей.

– Да, вижу. Ладно, не отвлекаю. У тебя ведь всё есть?

– Пока всё. Мясо сегодня привезли, остальное ты вчера купил.

– Хорошо. Степана еще не было?

– Нет, – бросила она и вновь метнулась к холодильнику за своим фирменным соусом, который так нравился посетителям, что порой его заказывали несколько порций, хотя он уже изначально входил в состав некоторых блюд.

Костик с удовольствием уселся бы в свою ВИП зону, где они обычно вечерами курили кальян, но и она на этот раз была занята. Свободным оставалось только индивидуальное место в углу у окна на кресле за бамбуковыми стволами, увитыми искусственными лианами. Но посидеть ему не пришлось. В дверь вошел Степан, широко улыбаясь и разводя руки в стороны для объятий.

– Привет, дорогой, – пожимая руку и обнимая друга, приветствовал Степан.