Литературный альбом: Москва – Санкт-Петербург. Классики. Наставники. Коллеги. Друзья

– Дизель? – Гранин кивнул на капот машины.

– Дизель! А вы в танке по какой части были?

Гранин сказал, что был командиром роты.

– Рота – это что в танковых войсках?

– Рота – это девять танков.

– Ого! Такая команда может взять штурмом город среднего размера.

Гранин скромно промолчал.

– У нас была рота тяжелых танков – «ИС».

– «Иосиф Сталин», – показал я свою осведомленность. – Их, кажется, с сорок второго года выпускать начали?

– С сорок третьего. До них «КВ» были.

– «Климент Ворошилов»…

– Да.

Хороший все-таки мужик Данила Саныч. Именно мужик. Иногда я представляю его в танке – ладный, убористый, в шлеме, с вылезшей на лоб челкой, спокойный внимательный взгляд – и не верю, что ему скоро восемьдесят.

– Работа в «Центре» у вас много времени отнимает?

– С утра до вечера. Часов в десять домой прихожу. В таком режиме уже больше года.

Гранин оживился, стал рассказывать, сколько времени и сил он отдавал Союзу писателей, когда был его председателем.

– Но хочу тебя предостеречь, – он неожиданно перешел на «ты».

 – Писатели всегда были пассивными в общественном плане! Ругать, осуждать – да! А создавать – единицы.

Я рассказал, как прошел последний вечер, где мы вручали клубные карты. И, вспомнив, про них, торопливо вручил Гранину его карту у красного светофора. Извинился, что в такой обстановке вручаю.

– Писатель должен не осуждать, а понимать… – Гранин убрал клубную карту в бумажник.

– Да, «Пахарь должен пахать», – процитировал я своего пассажира.

 – Но иногда нужно и кричать во весь голос. Кроме писателей этого никто не сделает. Одно дело, когда шахтеры стучат касками на Васильевском спуске в Москве, требуя зарплаты, и другое дело, если писатель вашего масштаба постучит авторучкой о стол и скажет власти: так нельзя, кончай безобразие!

– Если вы сделаете в «Центре» буфет, то народ, думаю, потянется. Водочки попить, повстречаться… А библиотеку Дома писателей туда разместить не удастся?

Я рассказал историю с библиотекой. Про то, как Чулаки перед встречей с губернатором попросил меня не заикаться о резервных площадях.

Пусть, дескать, власть сама что-нибудь предложит.

Гранин задумался.

– Я поговорю с Мишей…

– Ведь там книги с автографами Чехова, Куприна… Из частных писательских собраний, которые они передали библиотеке Дома писателей… Камер-фурьерские журналы царей! Раритеты!

– Да, я поговорю с Чулаки, – повторил он обещание.

15 сентября 1998 г. Составляю план работы Центра.