Пленники Амальгамы

Где же она?! Ага, идет, теперь следует вовремя перекрыть путь, поскольку из аудитории ее будет трудно вынуть. Встав на дороге, создаю небольшую пробку из молодых тел. Из-за ее спины уже доносится:

– Ань, чего застряла? Звонок через минуту!

Но мы молча глядим друг на друга. Несмотря на мой шпионский вид, меня узнали, и сейчас лицо Ани искажает болезненная гримаса, будто ее чем-то укололи.

– Мне нужно отпроситься, – произносит наконец.

– А дальше что? – напористо спрашиваю.

– Подождите меня на улице.

Не знаю, выполнят ли обещание, но путь освобождаю. Как иначе, ведь молодые сомнут по дороге к знаниям, а потому спустя пару минут уже курю на скамейке перед Мальцевкой. Возможно, я неправ. То есть стопроцентно неправ, я – утопающий, что хватается за соломинку…

Моя соломинка вскоре появляется из резных дверей. Приблизившись, садится и смотрит прямо перед собой. А затем начинается спич. Мол, не надо ее выслеживать, тем более являться на занятия, где куча знакомых.

Если нужно пообщаться – есть телефон, номер наверняка сохранился (тут она ошибается, все номера давно стерты Каем). С другой стороны, она не понимает, на какую тему общаться?! Она сделала все, что могла, даже больше, чем могла!

– Вы что-то не то говорите… – произношу по возможности мягко.

– Почему же?! – звучит резкий вопрос.

– Надо начинать не с себя. Вы хотя бы поинтересовались его состоянием…

Пауза, после чего Аня просит сигарету. Видно, давно не курила (а может, вообще не курит), потому что начинает кашлять.

– Не очень состояние, – продолжаю, – точнее, просто отвратительное. Но это почему-то никого не интересует.

Прокашлявшись, Аня швыряет окурок в урну.

– А чем я могу помочь?! Именно я?! Вы не представляете – что он мне говорил! В том числе насчет наших отношений!

Почему же? Вполне представляю, например, не так давно я услышал, что любовь – всего лишь трение друг о друга слизистых тел. Истина оказалась заемной, из Марка Аврелия, хотя удивило другое – Максим во время оно вовсе не пренебрегал «трением», даже беспокойство возникло насчет того, чтобы у них раньше времени дети не появились.

Может, зря беспокоились? Может, если бы появились, не случилось бы ужасное?

Впрочем, это очередная соломинка. Не помогут дети, как и карие глаза, которые упорно отводят. И тонкая рука с длинными пальцами, возьмись я за нее, будет с испугом вырвана, потому что Аня боится.