Девушка из разноцветных яблок

Нужно оторвать ей голову и вылить. Если можно, под наркозом…

Со временем

Когда я просыпаюсь утром и, не вставая с постели, открываю занавеску на окне, то слышу море. Особенно хорошо, когда залив штормит, но даже в штиль я слышу его. Как будто Аня шепчет мне: «Дурак! Какой же ты дурак…»

И от этого мурашки по коже.

А она шепчет, шепчет…

И под шепот моря я иду на кухню и готовлю макароны на завтрак. Я люблю макароны на завтрак.

Раньше, давно, макарон было мало. С дырками, без дырок и ракушки.

А потом, со временем, появились разные макароны. Всякие итальянские, и румынские, и наши. Бантики, конвертики, короткие трубочки и гнезда.

Однажды я купил тонкие, как нитки, макароны, которые назывались «анжели капелли». Или «капелли анжели». Я забыл. Было написано по-иностранному, но я посмотрел в интернете, как переводится. Знаете как? Прическа ангела.

Вот. Я люблю есть на завтрак прическу ангела с сыром. А если прически нет (в продмаге она пропала со временем), то я ем поочередно трубочки, конвертики, бантики и спагетти.

С сыром, конечно.

Мне никогда не надоест шепот моря за окном и макароны с сыром на завтрак.

Еще давно, я жил в детдоме, там макароны давали только на ужин. Зимой с суховатым мясом, а летом с овощной подливкой.

Я спросил на кухне: «Почему нельзя летом давать макароны с мясом?»

А повариха тетя Маша говорит: «Летом, – говорит, – с мясом нельзя по ГОСТу. Летом, мол, вы все потравитесь с этой тухлятины».

Ну, я еще спросил: «А со временем можно будет делать макароны на завтрак, пусть и с кабачковой подливкой?»

Она говорит: «Вот школу закончишь и ПТУ, пойдешь работать, будешь круглый год макароны жрать».

«Со временем, – говорю, – мечты сбываются».

«Чего ты заладил, – говорит, – со временем, со временем, вот зубы на полку положишь, и будет тебе со временем».

Она была права. Не то чтобы я после детдома зубы на полку положил, но макароны мог есть всегда.

Окрошку нельзя зимой, а летом – макароны с мясом.

Теперь мне макароны с сыром можно всегда.

Макароны с мясом я разлюбил. У меня никак не получается сварить кусок мяса, чтобы, провернутый, он был таким же жестким и хрустящим, как у нас в детдоме.

А тереть сыр в макароны меня научил Вася.

Вася мой друг.

У него есть сестра Аня. Мы зовем ее Анка. Почему, я не знаю. А Вася еще добавлял: пулеметчица.

И хотя Вася и Анка давным-давно уехали из нашего городка, но я их помню. Они настоящие друзья.