Рок умер – а мы живем (сборник)

Времени не хватает…

Чащин почувствовал, что кровь внутри побежала быстрее, в глубине живота что-то сжималось, щекотало, царапало. И вот захотелось, чтобы прямо сейчас в дверь зазвонили и вошли с холода две высокие, поджарые, с распущенными светло-русыми волосами и тонкими манерными голосками; с такими, наверно, отлично провести час-другой…

– Слушай, – возник вдруг останавливающий, спасительный вопрос, – ты снимать меня, что ли, хочешь?

– Ну да.

– А если увидит кто-то?

– Что увидит?

– Меня… как я с ними… Знакомый кто-нибудь.

– Да вряд ли. Это в Германию уйдёт. – Макс оторвался от экрана, посмотрел на Чащина, повторил как-то задумчиво: – Вряд ли… Ну, вот они – Саша и Лада.

Девушки Чащину не понравились. Коренастенькие фигуры, простоватые лица, волосы так себе – он успел представить их другими. Да к тому же должны прийти только после десяти вечера.

– У меня завтра работа, – вздохнул Чащин, – выспаться надо.

– Успеешь. Давай. – Макс хлопнул его по спине. – Оторвёшься, гарантирую! Я ж говорю – они перед камерой офигеть как прутся.

– Хм! Ещё заразиться не хватало…

– Ну, как хочешь. Можешь просто тогда поглядеть… Щас покемарим, в себя придём, а там и тёлочки…

Чащин посмотрел на часы. Начало седьмого. Несильно, но плотно давило пивное опьянение – голова почти ясная, а тело отяжелело, мышцы расслабились. Даже в туалет идти было лень.

– Ладно, Макс, выключай. Надоело. Давай поговорим. – Чащин с некоторым усилием глотнул из бутылки; пиво уже не лезло.

– Что за сон-то? – Макс перестал шелестеть клавишами.

Стараясь не пропустить ничего важного, Чащин рассказал.

– Да, – Макс покачал головой, – а они умерли?

– Давно.

– Хреново, значит. Хотя… Они же тебя не приняли.

– В смысле? – От «приняли» Чащину снова сделалось жутко.

– Отправили обратно сюда. Не оставили… А блины… ты про блины говорил… это хреновый знак, когда блины снятся.

– Ладно, не пугай. Хорош.

– Ты сонник купи, посмотри, чего опасаться.

– Ну всё… Главное, что ощущение такое странное – что мне там хорошо было очень… Прямо счастье испытал.

Макс усмехнулся:

– Многие говорят, что на том свете лучше.

– Э, кончай!

– Да ладно. – Макс протянул бутылку, предлагая чокнуться. – Мне, когда я в Крестах парился, столько всего наснилось. Каждую ночь.