Стихи. Песни

А сегодня могу посчитать по всему

На дороге случайной прохожей,

Что раздеть догола не дано никому.

Если только сама не поможет.

    1994 г.

Листок

Ну вот и всё. Хандрой отмаялась листва.

Ее метла пинками мечет в кучи.

Но, глянь, один листочек злополучный

Еще не брошен ветру в жернова.

Не постарел еще? А может, страшно – вниз?

И оттого трясет, как в лихорадке?

В кору вогнав по щиколотку пятки,

В последний раз – его эквилибрис.

Попридержись, циркач осенний, не сорвись,

Дождись, когда арена станет белой.

Я, как и ты, мечусь осатанелый

И без конца заглядываю в высь.

Когда же снег? Когда пожухлые цвета

Накроет залп снегов, и с них – довольно?

Тогда, пожалуй, можно добровольно

Слететь замерзшей бабочкой с куста.

Чтоб кувырком, как шут, барахтаясь-крутясь,

В её окно ударить и с досадой

Вдруг заорать: неужто вы не рады,

Что выпал снег, что я не втоптан в грязь!

Что я лечу, что я покуда не упал —

Ведь, завтра мне до окон не подняться —

Седая хмарь меня запишет в святцы,

Освищет ветер мой осенний бал.

И понесет меня с карниза на карниз,

И будет бить о каменные стены,

Крича мне: ты – простой, обыкновенный,

Бессовестно прорезавшийся лист!

Ложись же в снег, циркач бульварный, дворовой,

Не доводи старуху до падучей! —

Листва давно послушно сбилась в кучи,

Попряталась, укрылась с головой.

Довольно с них. Пускай судачит воронье.

Давай, листок, в стекло к ней постучимся.

Минуту, две… Простимся и умчимся,

Разбросанные, каждый за свое.

А после нас замрут ледяшками слова,

Что нынче – снег. Что вовсе нам не грустно.

Решим на том, что в этом доме – пусто.

Все сожжено до углей, как дрова.

Ну вот и всё. Хандрой отмаялась листва.

    1986 г.

Локон её волос

Она несла себя легко,

Как белый парус по толпе.

Толпа сворачивала головы ей вслед.

Но ни о чем и ни о ком в губах ее висел напев,

И разминуться было б нам – так нет.

Все было так. Все было здесь.

Так романтично и давно.

Все как под музыку из глупых оперетт.

И про меня, и про нее – все оборвалось, как кино.

Нам посмотреть его хоть раз еще… Но нет.

Глаза промчались мимо глаз,

Хоть – не слепой. И – не слепа.

Нырнули горькие духи в дым сигарет.

И разошлись. И нипочем не догадается толпа,

Чьей эта женщина была. И – нет.

Локон ее волос ласковой белой змеей

Мне угодил на плечо.