Крылья

 – Когда я тебе написал, Герман тут же пропустил четвёртую шайбу, и Чирков хотел усадить его на лавку. А он упёрся и не захотел меняться…

– Странно… – она поводила по полу носком кроссовки.

– Просто встал в позу – не уйду с площадки и всё!.. Тренер дал ему последний шанс, а Платов тут же закатил ему ещё одну, – продолжил Денис, – ну, и Герман взорвался… Он вообще такой по характеру, вспыльчивый… У него иногда настроение скачет, как ненормальное. Но, я думаю, он уже осознал. По крайней мере, перед командой извинился…

Саша усмехнулась.

Ей казалось, что это просто зависть. И Денис это понимает. Но почему-то пытается найти оправдание поступку этого Германа. Наверно, считает его другом…

– Как дела у Романа?

– У него вывих, – ответила девочка.

– Ооой… – поморщился Денис. – Неприятная штука…

– Я позвонила маме, а она – Ромкиной маме. Сустав уже поставили на место…

– Пойдёшь к нему сейчас?..

– Ему не до меня, наверно… Забегу к нему вечером…

Денис качнул головой и неохотно протянул:

– Нууу… Пока?

– Покааа…

Он поднялся, и Саша встала следом.

Парень аккуратно тронул её за локоть, быстро наклонился, чмокнул в розовую щёчку и махнул рукой на прощанье. Она не успела отреагировать. Только растерянно хлопнула ресницами и посмотрела ему в спину. Влажный след приятной прохладой пощипывал кожу на щеке. И девочка прикусила губу, чтобы не заулыбаться. Опустив глаза, неторопливо двинулась к выходу.

Оставалось только надеяться, что этого никто не увидел.

Глава 2.

Соперники

Денис вышел из лифта на восьмом этаже и, поправив на плече рюкзак, приблизился к массивной тёмно-коричневой двери. Вставил ключ в замок и дважды его провернул. Нажал на ручку и открыл квартиру, из которой приятно потянуло смешанными ароматами кофе и вкусной еды.

В животе снова заурчало, и, разувшись, он прямиком двинул на кухню.

– Давай-давай-давай!!! Ну, давааай!!!

Из большой комнаты слышался звук работающего телевизора, по которому явно шёл какой-то хоккейный матч – другие в их семье не смотрели.

И голос сестры подбадривал игроков команды, за которую она сейчас болела. Одиннадцатилетняя Иринка, судя по всему, так увлеклась, что даже не поняла, что в квартире она теперь не одна.

Денис сцапал со стола кусок домашнего пирога с капустой и рыбой и, отхватив от него почти половину, передвинулся к плите. Быстро поставил на огонь чайник, вытащил из холодильника кастрюлю с борщом и пристроил её на соседней конфорке.