Привет, Яга! – 2

Не сразу я понял, что облик кота был для меня не только способом сохранить молодость и силу, но и маскировкой. Припомнился голос прежней Яги:

«Васенька, мы сейчас с тобой пойдем в одно место. Ты не бойся, там все будет по-другому…»

Много лет после этого я видел Тот Свет глазами животного, старался ходить тут по ночам, как Яга наказывала. Не думал, что в облике человека, под светом здешнего солнца, твари примут меня за своего, узнают мертвеца, место которому давно среди них. Я за столько лет уже и позабыл, что давно мертв.

Образы из двух моих жизней вставали перед глазами, меняясь, как в калейдоскопе. Спать под Черным Солнцем не получалось, зато здорово грезилось. Мама, Настёна – мой друг и товарищ, моя верная… почти невеста, старая Яга – моя спасительница и, вот, наконец, пришла та, мысли о которой я гнал от себя, чтобы они не разъедали голову как горячий свинец. Образы смешивались, сходились и расходились. В конце концов мама слилась со старой Ягой, а лицо Тасеньки наложилось на черты моей новой хозяйки, совпав до черточки…

* * *

Взгляд у феи был рассеянным.

Светка чертила палочкой на земле какие-то корявые морды, одну на другой, и не смотрела на меня. Она слабо мерцала, но днем это было почти не видно. Почему-то показалось, что она меньше ростом стала.

– Ты чего? – спросила я заботливо.

Фея не ответила, повернулась и пошла собирать листики вместе с командой номер два. Странные они все! Один Баламут нормально говорит, но лучше бы молчал.

Меня вдруг схватили за плечи сзади.

Я резко крутанулась и попыталась врезать, но, как всегда, не вышло. Виталик умел подкрадываться незаметно.

– Пух, ты убита, – жизнерадостно сообщил он.

– Да, и как сегодня? – поинтересовалась я.

– Ну, давай сегодня я был змеем, подкрался и обвил тебя. Потом сломал пару позвонков и обездвижил, ну а дальше…

– Ладно, я поняла, это мы и на практике проходили!

– Блин, точно, забыл, – он смущенно потупил глазюки, но я не купилась на показное раскаяние, хоть и верила теперь ему.

Кажется, одной из моих способностей стало распознавание лжи. Как бы разум не орал, что этот перевертыш меня когда-то загипнотизировал и чуть не сожрал, сердце упрямо выстукивало: «Он не врет! Он хороший!» – приходилось верить, иначе глупый орган не затыкался.

– Походу, тебе змеей нравилось быть, – проворчала я, освобождаясь из цепких рук.

– Да, нравилось, – честно ответил бывший оборотень. – У змей отличная координация.