Не чужие

Кому нужно это сумасшествие, длящееся годами? И только его присутствие, его рука, сжимающая твое плечо, приносят небольшое облегчение. И только его тело, его дыхание и даже запах – источники наслаждения – немыслимого, мучительного и невыносимого… И только собственное тело становится единственной реальностью и единственным источником счастья…

Наваждение, длящееся пятнадцать лет. Пока однажды родная дочь, которая так и не простила матери, что та бросила их с отцом, не выкрикнула ей правду: мол, у ее горячо любимого Бо на стороне растет сын от другой женщины…

Солнце спряталось за тучей.

Рут расплатилась с официантом и тяжело поднялась с пластикового кресла. «Нужно успеть дойти до дождя», – подумала она, с улыбкой взглянув на малышей, убежавших от большой тучи к родителям, подальше от моря.

«Дети…» – подумала она и горько улыбнулась.

ВОСЬМИМАРТОВСКОЕ

Вечер не удался. Она сидела в ресторане напротив чужого мужчины, невольно забившись в угол, куда, в ожидании небывалого количества посетителей, был втиснут дополнительный стол.

Ресторан действительно был полон. Столики стояли так густо, что их неуклюжий разговор то и дело сбивался из-за обрывков чужого веселья. Веселья тех, чей праздник удался.

Она с унынием думала о том, как долго и тщательно собиралась на эту встречу. Как пыталась скрыть то, что он не должен был видеть: слегка набрякшие веки, усталую линию овала располневшего лица, ненужные складки на спине под тонким платьем, специально купленным для этой встречи.

Невпопад отвечая на вопросы, она вспоминала, как буквально летала месяц, получив от него весточку. Как по утрам затемно тащилась в тренажерку, чтобы привести себя в порядок. Как бегала к рекомендованной парикмахерше, отвалив четверть зарплаты на прическу с мудреным окрашиванием.

И все усилия ради этого мужика – неотесанного, чужого. Который даже дверь не открыл перед ней… Вместо этого уверенной походкой зашел в ресторан, чуть не придавив ее дверью. Бросил пальто гардеробщику и стоял со скучающим лицом, пока она, запыхавшись от бега за ним, раздевалась, путаясь в крючках редко носимой шубы.

И даже руки не подал, чтобы взять эту шубу, которую она бережно передала гардеробщику.

Потом ей пришлось вынести несколько минут унижения, пока он, ругаясь с менеджером, вытребовал им место за маленьким столиком, втиснутым между углом и колонной.

Темы разговора быстро исчерпались. В принципе, они уже все рассказали друг другу в «Одноклассниках».