Спирас. Книга 1

Он сморщился, согнулся… ласковая улыбка дедушки и распростертые объятия бабушки вдруг всплыли перед Аластером… За несколько мгновений мужчина средних лет превратился в дряхлого старика. И умер.

Просто упал, словно никогда не был живым.

Бог опустил левую руку. Он даже не взглянул на то, что осталось от человека. У Аластера звенело в ушах. Краем сознания он понимал, что слышит странный звук, разносящийся повсюду над площадью… аплодисменты. Ложа тоже аплодировала.

– Великолепное зрелище!

– Чудесно!

– Вы видели, с каким изяществом…

Взрослые восторгались.

Пятьдесят… пятьдесят…

Он не мог сосчитать дальше.

– Пятьдесят восемь, – произнес над ним негромкий голос.

Аластер рывком повернул голову, но Виктор больше ничего не сказал. Он уже шел к выходу, провожаемый взглядами всех.

– Аластер, идем, – скомандовала мать.

Голос ее подействовал отрезвляюще. Он смог отойти от края ложи. Даже почувствовал боль в правой руке. Кулак был все еще сжат, ногти больно впивались в ладонь.

Нужно бы расслабить пальцы. Это оказалось не так-то просто. Лишь когда они с матушкой и остальными выходили из ложи, Аластеру удалось их выпрямить. На ладони остались кровоточащие ранки-полумесяцы.

– Ну, молодой господин, что скажете? – не унимался господин Гроу.

Аластер поднял глаза на дородного министра и впервые в жизни притворился перед взрослым.

– Незабываемо! – он даже смог выдавить из себя подобие улыбки.

– Ах-ха-ха, так держать! Отличный растет наследник!

Матушка улыбнулась.

Это была улыбка спокойного ангела, склонившего голову набок.

– Благодарю. Нам пора идти, у Аластера вот-вот начнется урок.

– О, разумеется. Да и Ее величество, должно быть, нуждается в вас. До встречи, госпожа Рикмор.

Матушка попрощалась еще с несколькими взрослыми. Аластер практически пришел в норму. Еще немного звенело в ушах, но, самое главное, тошнить перестало.

– Я отведу тебя в наши комнаты. Переоденься и жди госпожу Горгаш. Дальше – по плану: уроки, обед, занятия, ужин.

За ужином не забудь еще раз поблагодарить отца и кратко расскажи о своих впечатлениях.

Аластер хотел ответить, но перед глазами всплыло лицо осужденного, его страх и мучения, когда он стал выглядеть так же, как бабушка и дедушка… и… смерть.

Возле самой детской Аластера согнуло пополам и вырвало. Он запачкал дорогие ковры и лучший костюм. Мать что-то кричала, но он не мог разобрать из-за звона в ушах и судороги в животе.