Собрание стихотворений. В 2 томах. Том 1 и 2.

    Январь 1984

«А в косых и высоких, сплошных небесах ни движенья…»

Луце ж бы потяту быти, неже полонену быти

А в косых и высоких, сплошных небесах ни движенья,

Лишь круженье зимы, лишь зиянье и жженье зимы…

Как же так же прожить эту вечную ночь униженья,

Как прожи?ли ее и как прожили наши мертвые – мы?

Измождаясь лицом и разношенным телом грузнея,

На нечетких очках чуть уменьшенный мир пронося,

Как же так же прожить, ничего ни о чем не жалея,

Ничего не прося, ничего-ничего не прося, не прося?

И ветшанья извечные вести, и чья-то свеча над могилой,

И безжалостный голос зовущий сгущенно звеня —

Всё измышлено вчуже постылою тьмой полукрылой,

Чтоб величье из ямы извлечь под ножи ледяного огня.

О косая высокая тень!.. – но и песни завесть не успеть ей,

Как ворчанье начнется, гуденье, жужжанье внизу…

Вся Россия сойдись – лишь коснуться надгробья посметь ей,

Как навеки застыть с ледяною рукой на весу.

Но умершие выйдут смеясь и взлетят меж морозных строений,

Где по низу зима продолжает до выскреста месть,

И умершие скажут: «Напрасны и слава, и гений.

«Только память и честь – это все, что пока еще есть».

И умершие скажут: «В косых и высоких, высоких могилах

«Мы лежим до скончанья, не помня высоких имен,

«И качаются звезды в бесчисленных славах и силах

«Над великою ночью несчастных, несчастных времен».

    Январь 1984

Календарная баллада

Когда зеленых раковинок нить,

Дрожа, в волне взвивается древесной,

Вы не спешите сердце единить

Со влагою светящейся небесной.

И воздуха взволнованный шатер

В свои жемчужные не пустит сети,

Пока не вспомню, выспрень и хитер,

О вашем бедном Юрьеве, поэте.

О скоро уже! Скоро из ворот

Деревья обесточенные выдут,

Полуослепши за утёкший год,

Чтобы труху из глаз зеленых выдуть;

Полуоглохши, – недомолвный шум

Из раковин повытряхнуть, как дети…

И вспомню я все, что прийдет на ум

О вашем бедном Юрьеве, поэте,

Несведующие скажут: жизнь ушла,

И голоса волною – не исполнить…

Причем весна? – в ее колокола

Звони-звони, но ничего не вспомнить…

– Но щекот их зеленых язычков

Один-единственный на Божьем свете

Звенит из-под наушничков-очков

О вашем бедном Юрьеве – поэте.

посылка

Я знаю, Муза, – замыслы смешны

С травой пролезть сквозь мякнущие нети.

Но, кажется, и Вы видали сны

О Вашем бедном Юрьеве, поэте.