Гулистан

Но когда приближенные этой особы узнали о моем деле, впустили меня с почетом и предназначили мне лучшее место. Я же со смирением уселся пониже и сказал:

«Прости, я лишь слуга ниЧто жный,

С прислугой посидеть мне можно».

Тот молвил: «Аллах, Аллах[18 - О Боже, Боже!], что это за речи!» Я уселся и стали мы беседовать о различных вещах, пока не зашла речь об ошибке моего друга. Тогда я сказал:

«Какой же проступок видал благодетель,

Что стали рабы ненавистны ему?

У Господа лишь совершенно величье,

И грешнику хлеб он дает своему».

Понравилась эта речь вельможе и приказал он, чтобы пропитание друзьям моим выдавали, как прежде и вознаградили их за пропущенные дни.

Поблагодарил я за милость, поцеловал землю почтения и попросил извинения за дерзость.

* * *

Рассказывают, что один притеснитель пустил камнем в голову смиренному человеку. Не было у дервиша возможности отомстить и спрятал он этот камень у себя. Пришло время, когда царь разгневался на того человека и вверг его в колодец.

Дервиш пришел и бросил камень ему на голову. Тот молвил: «Кто ты таков и зачем бросаешь мне на голову камень?» – Дервиш ответил: «Я Такой-то, а камень этот – тот самый, которым ты пустил мне в голову тогда – то». – Молвил узник: «Где же ты был столько времени?» – Дервиш ответил: «Опасался я высоты сана твоего, теперь увидел я тебя так низко и счел это удобным случаем».

Коль увидишь ты, что счастлив негодяй,

Ты на Бога все надежды возлагай!

Если острых не дал Бог тебе когтей,

То разумней сторониться злых людей.

Кто с булатною рукою вступит в бой,

Со своей простится белою рукой,

Пусть врага скует судьбина по рукам,

Сможешь ты его тогда прикончить сам!

* * *

Один из царей заболел ужасной болезнью, о которой рассказывать неприлично. Собравшиеся греческие врачи единогласно решили, что нет для этой болезни лекарства, кроме желчи человека, который бы отличался такими – то и такими приметами.

Царь повелел разыскать такого человека. Нашли сына одного дикхана[19 - Сельское население Персии.] с теми приметами, о которых говорили ученые. Царь призвал его родителей и удовлетворил их несметными милостями. Кади[20 - Судья] дал решение, что дозволено пролить кровь одного из подданных ради спасения жизни царя, и палач собрался казнить мальчика.

Мальчик поднял лицо к небу и засмеялся.