Государевы служилые люди. Происхождение русского дворянства

Если бы слуги не дорожили землей, князья рано бы получили возможность установить столь выгодное для себя правило: «кто выйдет из удела, ин земли лишен», – как определено было относительно «слуг под дворским». Между тем на конфискации вотчин отъезжавших слуг решились только великие князья в XVI веке.

29

О введеных боярах: Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор… С. 158; Ключевский В. О. Боярская дума. С. 131. – Сергеевич В. И. дает два определения введенного боярства, мало согласованных между собой. С одной стороны, согласно с названными исследователями, он утверждает, что введение бояре суть те, «кому боярство сказано», с другой стороны, видит в них специальных «бояр для суда»: «введеные бояре принадлежат к древнейшим нашим судным учреждениям» (с.

361 и 263). Но едва ли в древнейшее время суд мог так обособиться от администрации. Боярин введеный, надо полагать, судил в качестве управителя: дворецкого, сокольничего или стольника (Ключевский В. О. Боярская дума. С. 130).

30

Мих. Бор. Плещеев, князь Ив.

Юр. Патрикеев, князь Ив. Вас. Стрига-Оболенский, Мих. Фед. Сабуров и Григ. Вас. Заболоцкий.

31

Сергеевич В. И. Русские… Т. II. Вып. 2. 1896. С. 348, 349.

32

При дворе Великого князя Рязанского Олега Ивановича окольничий стоял выше чашника. В жалованной грамоте, данной этим князем, сказано: «А бояре были со мною: Софоний Алтыкулачевич, Семен Федорович, Микита Андреевич, Тимошь Олександрович, Махасея дядька, Юрьи окольничий, Юрьи чашник, Семен Никитич с братьею, Павел Соробич» (1341).

Там же. С. 394, 395 и 385, 388.

33

О путях см.: Ключевский В. О. Боярская дума. С. 106, 107, ПО. О селениях бобровников, бортников, рыбников см.: Милюков П. Н. Очерки… Ч. I. С. 68, 69.

34

В духовной грамоте великого князя Иоанна Васильевича сказано: «что ни есть моей казны… лалов и яхонтов, и иного каменья, и жемчугу, и саженья всякаго, и поясов, и чепей золотых, и судов (сосудов) золотых и серебряных, и каменных, и золота, и серебра, и соболей, и шелковыя рухляди, и иныя всякия рухляди, что ни есть, также и в моей казне постельной, что ни есть икон и крестов золотых, и золота, и серебра, и платья, и иныя рухляди» (1504).

35

«А кто будет моих казначеев и тивунов и посельских, – читаем в завещании Иоанна Иоанновича, – или кто будет моих дьяков, что будет от меня ведали прибыток ли который, или кто будет у тых женился, те люди не надобны моим детям, ни моей княгине, дал есть им волю» (1356).