Серая скала (сборник)

Ни удивления, ни смущения не отразилось на его лице и на этот раз.

– При чем тут бедуины? – заметила Татьяна недовольным голосом. – Что они вам сегодня дались, Сережа?

«Он не знает тайного смысла слова “бедуин”, – подумал я. – Своими глупыми замечаниями я только выставляю себя в смешном виде».

Солнце пекло нестерпимо. От воды веяло прохладой. Мы поддались искушению и решили искупаться. Девушки пошли на женский пляж, Петя побежал на мужской. Я собирался последовать его примеру, когда меня кто-то окликнул.

Обернувшись, я увидел, к своему удивлению, майора Рожкова. Он был в поношенном штатском костюме, стоптанных ботинках и без фуражки. В руках у него был сверток.

Он сделал мне глазами знак и зашел за пустую палатку.

– Вот, полюбуйтесь, Сергей Михайлович, на мою покупку, – сказал он тихо. – Как вам нравится?

Я развернул сверток и увидел прекрасный большой, совсем новый прорезиненный плащ серо-зеленого цвета, видимо, дорогой. Только пуговицы на нем были дешевые – обыкновенные, плоские, черного цвета.

– Что такое? – спросил я. – Откуда, Андрей Матвеевич, у вас этот плащ?

– Купил я его в магазине случайных вещей. Прекрасная, совсем новая вещь киевской фабрики. Что вы в нем находите особенного?

– Пуговицы! Они не от этого плаща.

– Правильно. Они куплены здесь, на базаре, только недавно пришиты, и притом неопытной рукой. Старые отпороты, что видно по остаткам ниток… Тсс! – неожиданно прервал он свою речь. – Вам надо уйти… После увидимся. Когда нужно будет, извещу вас.

Я предлагал вам пальто…

Я обернулся и недалеко от себя увидел Петю. Его тревожный взгляд был устремлен, однако, не на меня и не на майора, а на плащ, который тот держал передо мной развернутым. Я подошел к мальчику.

– Кто это? – спросил он.

– Не знаю… Так… Предлагал плащ, да он мне не нужен, – ответил я, стараясь придать своему голосу равнодушный тон.

Петя сразу скис. Он не пошел купаться и бродил в одиночку по берегу до тех пор, пока не вернулись с купанья девушки.

Потом мы пошли обедать в столовую; потом сидели в тени дерева и ели виноград. У Анечки от жары и толкотни разболелась голова, и она стала собираться домой. Я было хотел остаться, надеясь встретиться с майором, но потом решил, что благоразумнее будет подчиниться общему решению. Мы сели в автобус и отправились в обратный путь.

Все устали. Разговор не клеился. Анечка жаловалась на головную боль. Петя опять погрузился в угрюмое молчание.

Глава VIII.