Взлетная полоса

 – Я, признаться, днем и осмотреться-то хорошенько не успела, где тут что…

– Пожалуйста, покажу, – с готовностью согласился Кольцов.

Они зашли в комнату. Кольцов включил электричество.

– Первым делом я хочу вымыться, – сказала Юля, осматривая вымазанный в грязи комбинезон.

– Придется греть воду…

– Не надо. Великолепно обойдусь холодной.

– Где же вы будете мыться?

– В саду.

– Да ведь холодно, Юлия Александровна!

– Эх вы, мужчины! – улыбнулась Юля. – Берите полотенце и идите в сад. И ждите меня.

После яркого света комнаты в саду Кольцову показалось особенно темно. Но скоро он пригляделся. Из бокового окна в сад через занавеску падал желтоватый луч. Кольцов разглядел тропу, прошел к сараю, заглянул в бочку. Она была полна воды. Хозяйка собирала ее здесь для того, чтобы она за день могла нагреться, и вечером перед самым заходом солнца поливать цветы. Кольцов сунул в бочку руку. Воду нельзя было назвать теплой. Но она не была и холодной. Тут же, на скамейке, Кольцов нашел и ковш.

– Ну вот и прекрасно…

Кольцов обернулся. Юля стояла в полосе света в халате и босиком, держа в руке туфли.

– Юлия Александровна, вы простудитесь! – воскликнул он.

– Вы считаете, что здесь холоднее, чем в вашем болоте? – усмехнулась Юля.

– Но босиком-то, босиком-то зачем?

– Люблю, – просто ответила Юля. – Ну так где вода?

– Вот… – указал Кольцов на бочку.

Юля сняла халат и осталась в комбинации.

– Поливайте, – сказала она и взяла мыло.

У Кольцова на щеках выступил румянец. Он давно уже понял, что Юля очень проста в обращении, но такой бесцеремонности не ожидал. А больше всего не ожидал так близко увидеть перед собой ее полуголое тело. Кровь ударила ему в голову. Он не мог понять, что все это означает: обычная непринужденность или откровенное желание подразнить его… А Юля как ни в чем не бывало поставила на скамейку ногу, густо намылила ее и снова обернулась к нему:

– Что же вы? Воды жалко?

Он поспешно вылил ей на ногу ковш.

– Какое блаженство! – сказала она и начала намыливать другую ногу.

Кольцову казалось, что он чувствует исходящее от нее тепло. Кожа у Юли была блестящая, словно мраморная. Ногти на ногах покрыты темным лаком. Смыв пену, Юля ловко вытерла ноги полотенцем. Потом распустила волосы, несколько раз пропустила их сквозь пальцы рук и с облегчением вздохнула:

– Кажется, можно и не мыть. Вымазать не успела.