Деревня дураков

Серафима не сразу сфокусировала взгляд, словно возвращалась с восьмого неба и пробиралась – один за другим – сквозь все цвета радуги. Наконец, она совпала с собой, вздрогнула – и бабочки нехотя перелетели с ватника на цветы.

– Пойдем, дите дорогое, завтракать, – Серафима протянула к Мите мелко дрожащие руки. – Подними-ка меня.

Митя бережно и неловко, будто боясь разбить, поставил старушку на ноги. Она показалась ему почти невесомой, и от этой младенческой легкости у него болезненно сжалось горло.

Медленно они пошли через сад, и Митя, чтобы вынуть из сердца осколок жалости, спросил:

– Почему у вас цветет все сразу?

– Мы с ними нянчимся, как с дитями.

Вот они и торопятся раскрыться. И не спешат уходить.

– А люди думают, дед Ефим наколдовал.

– Одни говорят – колдун, а другие – того, чекалдыкнутый, – засмеялась Серафима и покрутила у виска.

– Почему?

– Картошку не сажаем. Телевизии не держим. Меж собой не лаемся, седьмой десяток – как одна душа. Чего еще. Не пьем, про пенсию не тревожимся, на старость не обижаемся.

Счастливые мы. Людям это стерпеть трудно.

– Счастливые?

– Так ведь радостно жить! Вздохнул – и счастье. Разве нет?

– Ну да, – растерялся Митя. – Наверное.

Наевшись простокваши с хлебом, Митя отправился в школу – узнать, что ему делать сейчас, во время каникул. Составлять учебные планы? Писать конспекты уроков? Или, возможно, что-нибудь еще?

У магазина ему повстречался молодой священник с бутылкой водки под мышкой. Митя испуганно отвел глаза и стал смотреть на исполинские лопухи, качавшиеся в канаве.

Под каждым из них вполне мог спрятаться ребенок или маленькая директриса Дуня.

Все школьное население опять обреталось на грядках. Митя выяснил, что делать ничего не надо. Только полоть, окучивать, поливать. И так до конца лета.

– Да пойдемте, я вам хоть школу покажу, – спохватилась Евдокия Павловна, видя, что Митя – под нарастающий смех девчонок – не знает, как подступиться к земле.

Школа состояла из столовой, где стоял один очень длинный стол, учительской и трех классов.

В коридоре на стене висел стенд: «Родное Прибитюжье».

– Это что? – удивился Митя.

– Наша речка, – смутилась Дуня. – Называется Битюг.… А я у вас все спросить хотела. Вы из Москвы, может, знаете. Правда, что Катрин беременна от президента?

– Что? Кто? – опешил Митя.

– Ну, как же! – в свою очередь изумилась Евдокия Павловна. – Катрин, певица, которую недавно в Госдуму избрали.