Варварогений децивилизатор

В таком случае к чёрту любовь! Чтобы предаться любви – такой-то ценой – мне не хватит ни восторга, ни мужской силы. Сперва духовная близость, а уж только потом плотское наслаждение!

– Напрасно!..

– Я в этом слове слышу басню Лафонтена о кусочке сыра у вороны в клюве, а тот кусочек сочный был, сочнее моих губ.

– Не понимаю, какая тут связь…

– Связь?.. Созвучия в словах, переплетения мелодии мне дарят вдохновение, в одном дыхании соединяя самые далёкие явления. Такое дарование, способность к звукосочетанию досталась мне от матушки моей, нашедшей вечный покой где-то в дали глухой.

Не умолкая, она пела что есть силы, когда меня гнусному этому миру дарила.

– Значит, это вас сегодня утром толпа встречала рукоплесканиями и чудесной песней: «Одби се бисер грана…»?

– Ах, если бы! Так святого Георгия люди встречали с первыми солнечными лучами – того, который победил дракона, и нынче его иконы расставляют в домах повитухи-матроны! Его почитают все эти дамы, что грамм за граммом потомство на свет производят и плачут, стонут, надрываясь, в родильных муках извиваясь… Отличие «производить» от «дарить» вам понятно, надеюсь?.

. Итак, всю эпопею о появлении Варварогения я вам поведал, и в имени этом, как видно, заключена идея. Я ведь и сам у него во власти, им вдохновляюсь и в жизни, и в мыслях без страсти. А кстати, как вас-то зовут?

– Сербица!

– Вот оно что! Тоже имя со смыслом.

– Может быть… Да только мне не позволено им пользоваться и черпать в нём вдохновение. У меня, конечно, есть и другое имя, но такой силы в нём нет.

Я бы даже сказала, что с тех пор, как оно у меня появилось, меня перестали любить. Признаться, ни сердцем, ни душой, ни умом я его не принимаю. Поэтому в историю моей семьи оно не войдёт, а потомкам я его и подавно не передам!

9. Союз любви

По дороге к авальской обзорной площадке, с которой открывается красивейший вид на долины, холмы и поля Шумадии

, Варварогений повстречал одного писаку – белобрысого человечка с весьма внушительным носом

.

Этот борзописец, чьё имя в ту пору было у всех на устах, бесцеремонно окликнул Варварогения:

– Почему такой авальский смутьян, как вы, предпочитает общество женщин?..

– Общество одной-единственной женщины. Единственное и множественное число путают только турки

. Да и потом, женщины меня вдохновляют, а мужчины оскорбляют.

– Но вы ведь и сами могли бы вдохновлять…

– Вдохновлять?.. Кого это?..

– Да хоть писателей, – съязвил литератор.