Десятая невеста

Как раз перед тем, как, согласно словам Явора и указаниям карты, мы должны были повернуть направо, колобок остановился и заявил:

– Впереди дорожные работы. Выбирайте пути объезда.

– Ты чего мелешь-то? – спросила я, стряхивая с юбки крошки и допивая квас. – Какие еще дорожные работы? Давай, катись.

– Впереди дорожные работы, – упрямо бубнил колобок. – Выбирайте пути объезда.

Я выругалась, слезла с телеги и пошла посмотреть, о чем это он.

Сразу за поворотом начинался глубокий овраг, через который был перекинут каменный мост.

Когда-то. А теперь ровно посередине моста зиял пролом, преодолеть который на телеге – да и без нее – не представлялось возможным. Откуда-то из-под моста доносились голоса, но поскольку овраг порос кустарником, разглядеть ничего не удавалось. Я осторожненько спустилась чуточку вниз.

Под мостом на обломках камней сидели двое: здоровенный мужик в кожаной броне и чудище, похожее на ожившую груду камня. На столе, который они устроили себе из обломка обрушившейся плиты, стояло несколько бутылей и два стакана.

Немного поодаль валялись два меча в красивых узорчатых ножнах. Мужик и чудище резались в карты. Самогоном перло так, что у меня аж глаза заслезились. Я чихнула, мужик обернулся, да зырк на меня налитыми кровью зенками! Я пискнула и ринулась было наверх, но он спросил довольно миролюбиво:

– Чего тебе?

– Проехать хочу, – стараясь держаться как можно спокойнее, сообщила я.

– Куда?

– Сами знаете. Куда дорога эта ведет.

Мне нужно было в Малоброды.

Оттуда, как гласила карта и указания Явора, я должна была выбраться на Вессирский торговый путь и ехать напрямки к Варенцу.

– Езжай на большак. Чего тебя вообще сюда понесло.

– Мне надо в Малоброды.

Мужик тяжело вздохнул, залез наверх и встал передо мной, будто могучий дуб перед тонкой рябинкой. Шатало его, правда, ровно тот дуб в сильную грозу. Могучий он был, мужик-то, что Хотей Блудович. Или даже могучее – как Твердолик Переярович. Мне голову пришлось задрать, чтобы посмотреть ему в лицо, но я об этом быстро пожалела.

Ибо глаза его были налиты кровью, а дыханье могло свалить с ног Змея Горыныча.

Он попытался сосредоточить на мне взгляд. Получалось не очень.

– Езжай отседова, – нетвердо сказал он и икнул. – Не видишь, дорожные работы.

– Где? – я огляделась.

Мужик махнул в сторону моста.

– Не вижу я никаких работ что-то. А как вы с чудищем самогонку квасите – зрю.

– Но-но! – мужик помахал пальцем у меня перед носом.