Свинцовые башмачки

На эти деньги можно купить хороший дом, открыть дело или выгодно выдать замуж других дочерей.

Попытать счастья можно было лишь раз – в церемонии принимали участие только четырнадцатилетние девушки. Уже за несколько недель до торжества в храме всегда было битком народу: каждая девушка, которой предстояло стать претенденткой в этом году, молилась о том, чтобы стать избранницей.

Линн не надеялась, что бабочка сядет ей на плечо: это было бы слишком большой удачей, а Линн никогда особенно не везло. Скорее уж Добрая Мать предпочтет Эллен или ей подобную – тех, кому и без того доставалось все.

И тем не менее Линн добросовестно следовала обычаю: заглядывала в храм, чтобы подарить Доброй Матери цветов и возжечь благовония.

Зашла и сегодня. Просторный, светлый храм из сияющего розового мрамора широко распахнул позолоченные ворота. К ним от площади поднималась широкая лестница. Здание подпирали покрытые чешуей крылатые, с длинными когтями и оскаленными зубами чудовища, символизировавшие зло, поверженное добродетелью.

Величественный, подавлявший собою жутких монстров храм словно говорил: Добрая Мать заботится о вас, зло побеждено и наказано.

Несмотря на ранний час, в храме уже было полно девушек. Линн никогда не умела пробивать себе локтями дорогу, а шепот, шорохи и теснота мешали сосредоточиться. Она возложила в сторонке свой скромный букет, зажгла благовония, пробормотала молитву и поспешила в библиотеку.

Это место, как и храм, навевало умиротворение. Здесь всегда можно было забыть о том, что за порогом, уйти в другой мир.

Но если изваяния в храме напоминали о чем-то дурном и страшном, то в библиотеке не тревожило и не пугало ничего. Сквозь огромный витражный купол струился мягкий свет. Высоко вверх, к потолку, уходили стеллажи с бесчисленными томами: ровными рядами на полках выстроились тысячи, сотни тысяч книг! Чтобы достать одни, нужно было взять приставную лестницу, к другим поднимались на второй, третий ярус опоясывавшей зал галереи. В просторном читальном зале можно было разместиться за одним из центральных столов, а можно было отыскать укромный уголок, где никто не помешает полностью погрузиться в чтение.

Ни одного упоминания о цемелле не встретилось ни в первой, ни во второй, ни в шестой по счету книге, которые выбирала Линн. Ничего не сообщалось и в «Энциклопедии всех вещей» Ламаля. Близкая к отчаянию Линн решилась обратиться с вопросом к служительнице библиотеки. Госпожа Фиалка хорошо знала Линн: в детстве та глотала книжку за книжкой.