Свинцовые башмачки

То, что произошло дальше, казалось сном или бредом. Возле нее появилась высокая девушка. У нее была коса из огня, которая сама собой взвилась вверх, что заставило зверьков броситься врассыпную. Девушка легко подняла Линн и оттащила от пещеры. Она была одета в легкие кожаные доспехи. Затем каким-то образом Линн оказалась у высокой стены, и следующее, что она помнила – девушка грубо толкает ее в спину и кричит: «Пошла!».

Путь помнился Линн урывками. Она то и дело падала. С каждым шагом рана болела все сильнее.

Ей сказали идти – она шла, потому что не знала, что еще делать. Должна же была эта дорога куда-нибудь вывести. Возвращаться на берег Линн не хотела – девушка (с огненными волосами? должно быть, из-за лихорадки померещилось), пусть и помогла, пугала ее чуть ли не больше, чем жуткие красные всадники, которые неслись над волнами. Это видение Линн тоже приписала помрачению сознания.

С обеих сторон от нее высились скалы, почти закрывая небо. На редких деревцах и на тропинке лежал снег.

Там, у моря, дул сильный ветер, но в ущелье было тихо. От платья Линн остались одни лохмотья, но холода она не чувствовала. Сколько времени заняла дорога, Линн не знала. Наверняка она была голодна, но от боли понять это было невозможно. Когда ей хотелось пить, она ела снег.

Когда она наконец выбралась из ущелья, почти совсем стемнело. Перед ней расстилалась заснеженная долина, где горели редкие огни. В сгущающихся сумерках можно было различить очертания далеко друг от друга отстоящих домов с покатыми крышами.

Вниз вела тропинка, по которой спустилась, сползла и скатилась Линн.

Что было дальше, она не помнила.

Но ведь кто-то подобрал, взял в дом, перевязал ее. Где-то рядом журчала вода, и Линн поняла, что вот-вот описается.

Она попыталась встать, но бок тут же отозвался обжигающей болью. Сцепив зубы, чтобы не застонать, Линн осторожно перевернулась на бок и спустила ноги с кровати.

Полог, закрывавший дверной проем в соседнее помещение, откинулся, и на пороге появилась высокая молодая женщина.

У нее была белая кожа с веснушками и рыжеватые волосы. На плече у женщины сидела белка.

– Проснулась? – без улыбки спросила она.

Линн кивнула.

– Мне нужно… – начала она и покраснела.

– Через кухню, – без всякого выражения сказала та и отступила, чтобы дать Линн пройти. Белка исчезла.

У меня видения, подумала Линн. С трудом встала. Тело тут же ответило пульсирующей болью.