Ночная песня

«Но голосу рассудочному внемля», мы расстались с этими дарами моря прямо на прибойке, пожалев скудные запасы нашего спиртного, которого, как известно, в экспедиции много никогда не бывает.

Плавание продолжалось. Особенно запомнился остров Итуруп зелеными ландшафтами и вулканами, спрятавшими свои вершины в тумане. Из-за этого тумана нам не удалось толком разглядеть ни вулкан Атсонупури, ни вулкан Берутарубе. А вообще, их на острове больше десяти, если я не ошибаюсь. Обогнув его южную оконечность, корабль направился к острову Шикотан.

В океане видимость была отличная. Кроме Шикотана, можно было разглядеть и Кунашир. Как древние мореплаватели, пассажиры вглядывались в приближающиеся острова.

В закатных лучах солнца скалистый берег маленького Шикотана казался бронзово-золотым. На скалах галдел небольшой птичий базар. К нам подошел плашбот, забитый встречающими. Он забрал горстку людей, и наше судно легло на курс к самому краю земли русской. Да будет известно читателю, от острова Кунашир до японского берега двадцать пять километров.

Говорят, по замерзающему зимой проливу можно дойти пешком, отчего он зовется проливом Измены.

Ночью теплоход приплыл к Кунаширу. В семь утра объявили о высадке. На море вокруг нашего судна будто разлили молоко. Туман стоял такой, что ничего не было видно. У трапа на плашбот нас встречали пограничники, которые проверили паспорта и разрешения. Они пропустили нас без проблем. А вот на барже ждал сюрприз в виде женщины в звании майора и в должности заместителя начальника УВД Кунашира, которая объяснила нам, что ответ на нашу телеграмму был отрицательным.

Мэр острова просил ее лично проследить за тем, чтобы мы покинули землю на том же пароходе, что и приплыли: сегодня же вечером. Можете представить наше настроение. Преодолеть такое расстояние, проехать в прямом смысле полсвета, чтобы ни с чем вернуться назад. Да тут еще этот проклятый туман, из-за которого рассмотреть толком ничего нельзя.

Оставив наших друзей около милиции с вещами, я и Костя отправились к мэру, решив исправить недоразумение.

Ведь мы не были ни бандитами, ни шпионами, ни браконьерами. Мы были законопослушными гражданами. Вы, конечно, усмехнетесь. В России, как известно, труднее всех живется именно законопослушным гражданам. Да, все, конечно, помнили это, но отказ мэра в «визе» казался нам полным абсурдом.

Как оказалось, о нашем приезде знал почти весь остров. Попытки получить поддержку в местном отделении Госкомприроды не увенчались успехом.