Толерантность

– На работу? – зачем – то переспросил Аролдо, хотя конечно он прекрасно расслышал слова Каллисто, просто он тянул время.

– Да. А что нельзя? – ответил Каллисто.

– Почему. Можно.

– А в чем проблема тогда, я не поняла?

– «Я понял»! Ты должен говорить «Я понял!», А не «Я поняла»!

– Комиссар, я говорю так, как хочу! И нет такого закона, который мне запретил бы это!

– Да, закона нет. Но неужели ты не понимаешь, что это ненормально! Так не должно быть! Ты – парень! Понимаешь! Парень, черт возьми! – Аролдо ударил ладонью об руль – Ладно, допустим, у тебя есть тяга к мужчинам, сейчас это вроде как нормально.

– Дядя Аролдо! Обо мне никто ничего не думает! Все живут своей жизнью. Все заняты потреблением! Им не до меня.

– Хорошо. Тебе все равно, что думают о тебе. Но, подумай о своем отце! Что думают люди о нем? И как к нему относятся из-за тебя? А он, между прочим, публичный человек.

– А при чем тут мой отец? Он сам по себе, я сама по себе! Дети не в ответе за родителей!

– Родители в ответе! Ты делаешь его несчастным! Неужели ты это не понимаешь?

На эту фразу Каллисто не мог ничего ответить, поскольку понимал, что своим поведением он подставлял отца. Он отвернулся и продолжил созерцать пейзаж родного города.

– Молчишь. Значит, что-то в тебе еще противоречит себе самому. Какие – то остатки разума заставляют тебя задуматься, о том, что с тобой не все в порядке! – продолжал рассуждать Аролдо.

Каллисто повернулся к комиссару и произнес:

– Остановите машину. Вы не понимаете.

– Что я не понимаю? Что ты бытовой хулиган?

Автомобиль остановился, Каллисто открыл дверь и, не выходя из машины, ответил Аролдо:

– Может и хулиган! Но мне так хорошо! Мне хорошо! Это Вы можете понять? А отца я ненавижу!

– За что?

– За то, что он всю жизнь мне все запрещал! Не делай этого! Не делай того! С этим не дружи! А это не богоугодно! Мне его проповеди и богоугодность вот уже где! Наелся! – Каллисто провел рукой над своей головой, показывая, что он как – бы утонул в отцовских нравоучениях.

– И все? За это ты его ненавидишь? За то, что он объяснил тебе, что хорошо, а что плохо? – спросил Аролдо.

– Нет – подумав, сказал Каллисто. – За то, что он ни разу в жизни не сказал мне: Сынок, я тебя люблю!

Каллисто вышел из машины и сильно хлопнул дверью.