Голый хлеб. Роман-автобиография

И вот так развлекаются мужчины? Я вышел из булочной, обезумев от мысли о том, что со мной могли сыграть ту же шутку, что и с Язиди, а то еще и похуже. Уж лучше дрожать от страха на узкой улочке, чем остаться в руках этих парней. Вокруг меня все только и говорили что об изнасиловании девушек и юношей.

Я стал кем-то вроде члена семьи. Я ел с детьми хозяина кофейни и спал с ними в одной комнате, за исключением тех ночей, когда вино заставляло меня держаться от них подальше. Его жена очень часто наряжалась, надевала кафтан[7 - Кафтан – род праздничной женской одежды в странах Северной Африки.

] и украшения и уходила из дому. Она возвращалась поздно ночью, а порой не приходила совсем. Это была дородная женщина с очень белой кожей. С круглым лицом и огромной грудью, бедра у нее тоже были необъятной ширины. Она все время обильно потела, ее легкие одежды прилипали к коже, точно она только что вышла из воды. Мне случалось разглядывать ее тело и ощущать приятную истому, когда она мне улыбалась. Кроме того, она никогда меня не ругала. Я уже видел, как муж бьет ее, ее и детей, как это делал с нами мой отец, но с еще большим остервенением. Но я видел также, как он целует своих малышей и ласково и нежно беседует со своей женой. А мой отец только кричал и бил.

Мне случалось по целой неделе не видеть родителей. Я отдыхал от них и от их проблем. Я мало спал и худел на глазах. Я заболел. Живот у моей матери снова стал раздуваться. На этот раз я больше не стану сидеть дома, чтобы заниматься с ее младенцем.

Эти времена давно прошли. Я вырос и худо-бедно зарабатываю себе на жизнь… Я представлял себе зародыш, который орал в животе у матери. Я слышал его. Болезнь вынудила меня прервать работу в кофейне. Я научился ловить воробьев. Мне удалось смастерить качели в саду: деревянная доска и две веревки. Я качался, и это доставляло мне удовольствие. Мой небольшой член напрягался, следуя этому движению вверх-вниз, вверх-вниз. А еще я научился плавать в неком подобии бассейна, в который собирали воду для поливки сада. Я вставал рано утром, чтобы наворовать фруктов, кур, яиц и цыплят. Я прекрасно знал все гнезда и потайные места в этом саду. Я продавал свою добычу бакалейщикам квартала. Я ощущал, как во мне все сильнее пробуждается мужская сила. Желание это крепло и становилось все настойчивей. Моими самками были лишь куры, козы, собаки, телки… Собачью пасть я удерживал одной рукой при помощи сита. Телок я связывал. А что касается козы или курицы, так кто же их боится?..