Байки из роддома

Когда ее беременности исполнилось сорок недель, шейка матки без каких-либо схваток раскрылась на три сантиметра да так и замерла. Раскрытие диагностировала доктор, наблюдавшая Оленьку дома; она попыталась немедленно госпитализировать свою подопечную, но та отказалась. Минула сорок первая неделя, затем – сорок вторая, а роды все не начинались. Не хватало какого-то маленького толчка, чтобы пошло само собой. Будущей матери регулярно делали положенные исследования, все было в порядке, в совершеннейшем порядке, оставалось только ждать.

Разумеется, ни о какой медикаментозной стимуляции Оленька и слышать не хотела. Кто-то в Интернете посоветовал ей древний, но, как оказалось, весьма действенный способ стимуляции начала родов с помощью свежевыжатого лимонного сока. То ли два лимона «запустили» процесс на сорок третьей неделе, то ли организм решил, что уже пора, в общем, началось. Диагностировав начавшееся раскрытие шейки матки, семейный врач отправила Оленьку в роддом, где ее уже ждала «свита».

При поступлении Оленька попыталась отказаться даже от клизмы, но уж на эту процедуру ее удалось уговорить.

– Мы делаем клизму всем без исключения не из-за садизма и не для плана, а для того чтобы вы рожали в гигиеничных условиях, – сказала заведующая физиологическим отделением, попечению которой главный врач поручила «высокопоставленную» пациентку. – Вам так самой будет комфортнее.

Оленька подумала и согласилась.

Теперь у доктора Юртаевой была следующая, не менее важная и не менее трудная задача – уговорить пациентку на прокол околоплодного пузыря.

Эта простая манипуляция обычно ускоряла процесс, но Оленька от прокола отказывалась, твердя: «Пусть все идет так, как положено».

– А я бы сделал прокол, – высказался Данилов, – нельзя же идти на поводу у пациента, когда тот заведомо неправ.

– А как же демократия и права пациента? – поддела его Девяткина.

– А как же долг врача? – Данилов поморщился от особо пронзительного вопля роженицы. – Согласись, что профессионал оценивает показания несколько иначе, чем дилетант.

Согласие согласием, но…

Еще один вопль.

– Оленька, может быть мы все же… – начала Юртаева.

– Не-е-ет!

В подтверждение серьезности своих намерений Оленька съездила ногой по уху акушерку Вартик.

– Так мы до следующего утра провозимся, – резюмировала Девяткина. – Первые роды ведь.

Часы над входом показывали четверть первого. Дня, а не ночи. В этом свете пророчество Девяткиной выглядело особенно мрачным.