Лукоморье. Книга Вторая. Поле Битвы

– Тор! Тор!

Где-то в зарослях, метрах в двадцати от тропинки, на которой стоял Хьюс, раздался громкий лай: пес был там и звал его к себе. Что такого он нашел в зарослях леса?

Мэйсон усмехнулся, как уже много раз за последние годы.

Если бы кто сказал ему двадцать лет назад, что он посвятит свою жизнь облагораживанию пустыни, он просто послал бы того человека ко всем мамашам Лос-Анджелеса.

В то время он был молод и красив. Сравнения с актером Шоном Бином еще не успели надоесть, а в голове роились бесконечные идеи и мысли по сколачиванию капитала и оформлению себе безбедной старости.

Образование, полученное в колледже, и найденная им приличная работа в одной из фирм позволяли получать порядка шести тысяч долларов в год. Для начала нулевых это было неплохо. Черт возьми! Это было весьма неплохо!

Да. Денег хватало на выкуп дома, инвестиции в ценные бумаги нескольких компаний, на покупку различной дури, к которой он пристрастился со своим другом по работе. Сколько он спустил на свое «увлечение» денег и как сильно подорвал свой организм, лучше было даже не вспоминать.

Уикенды пролетали в смутном угаре, среди сменяющейся обстановки различных домов, комнат, знакомых и чужих лиц…

В одно весьма непрекрасное утро Хьюс очнулся на больничной койке. Когда сознание частично прояснилось, а смысл сказанных слов сидящего рядом отца дошел до убитого синтетикой мозга, Мэйсон узнал, что его нашли вместе с другом в доме их общего знакомого в бессознательном состоянии. Поиски начались, когда Хьюс не появился на работе второй день подряд.

И вообще им, двум конченным ублюдкам, еще повезло, что они до приезда парамедиков не сдохли на заблеванном полу.

Взбешенный как черт отец вскоре уехал, а в Мэйсона начали вливать очередную порцию каких-то растворов, от чего рука с воткнутым в нее внутривенным катетером стала замерзать.

Чуть позже пришла еще одна весть. Находившийся в отделении интенсивной терапии друг Мэйсона так и не смог прийти в себя.

Думать об этом Хьюсу было страшно.

Не хотелось признавать тот факт, что с ним могло произойти то же самое. От этого становилось совсем дико. Мэйсон чувствовал, как его мозг парализует животный страх.

Чтобы отогнать убивающие его размышления, пришлось включить телевизор. Благо, страховка, которую он мог себе позволить, покрывала расходы на одноместную палату в этой клинике.

Экран небольшого ящика, издав характерный звук, загорелся, больно ударив по глазам. Пришлось их закрыть.