Человек-зверь

Сегодня ни свет, ни заря она уже, извольте видеть, причесана и затянута в корсет, словно собралась в гости.

Северина приближалась мелкими, ровными шажками. Ей пришлось долго идти по дебаркадеру на глазах толпы, с нетерпением ожидавшей ее, но она не теряла присутствия духа и только прижимала к глазам носовой платок, удрученная известием об убийстве Гранморена. Одетая в простое, но изящное черное платье, она, казалось, была уже в трауре по своем покровителе.

Ее тяжелые черные волосы блестели на солнце, – несмотря на холод, она второпях ничего не набросила на голову. Ее кроткие голубые, полные слез глаза возбуждали к ней невольную симпатию.

– Как ей не плакать! – заметила вполголоса Филомена. – Теперь они с мужем окажутся на мели. Некому будет уж за них хлопотать…

Толпа расступалась перед Севериной, и молодая женщина подошла к открытым дверцам купе. Кош и Рубо вышли оттуда, и Рубо начал тотчас же рассказывать, что ему было известно.

– Правда, милочка, вчера утром, тотчас по прибытии нашем в Париж, мы с тобой зашли навестить господина Гранморена? Это было приблизительно четверть двенадцатого, так ведь?

Он пристально глядел на жену, и она послушно повторила:

– Да, четверть двенадцатого.

Глаза ее внезапно остановились на подушке, пропитанной черной, запекшейся кровью, с ней сделался припадок истерики; из ее груди вырвались глухие рыдания.

Начальник станции, взволнованный этой сценой, поспешил вмешаться:

– Сударыня, вы, очевидно, не в силах выносить это зрелище… Мы как нельзя лучше понимаем вашу скорбь…

– Мы сию минуту кончим, – прервал его полицейский комиссар, – а затем госпожу Рубо можно будет проводить домой…

Рубо торопливо продолжал:

– После того, как мы переговорили о разных делах, господин Гранморен сообщил нам, что собирается на следующий день ехать в Дуанвиль, к сестре… Я, как теперь, вижу его за письменным столом.

Я был вот здесь, а моя жена там… Правда, милочка, он сказал нам, что едет на следующий день?

– Да, на следующий день.

Кош, продолжавший делать карандашом заметки в своей записной книжке, поднял голову:

– Как так на следующий день? Ведь он поехал в тот же день вечером!

– Подождите, – возразил Рубо.