Двое суток до рая

В конце текста добавила, что Вампир еще молод, и у него есть шанс попасть в клуб 27. Если вовремя умрет, то составит компанию известным музыкантам, не дожившим до 30-ти. У читателя сложится впечатление, что угрозы – новый критерий популярности, и Вампиру осталось недолго жить. Хоть какая-то интрига. Соне было противно от собственного текста – кликбейт, грязная работа.

Часы показывали 16.05, она сорвала дедлайн на четыре часа, если не считать, что интервью должно было выйти в начале недели.

А текст еще надо показать Вампиру. Согласовывать, понятно, нет времени. Отправить ему и попросить, чтобы просмотрел наискосок. Соня сомневалась, умеет ли это чудо читать. Раздражаясь все больше, она взяла мобильный и набрала его номер.

Абонент был недоступен. Соня залезла в соцсети. Постов у Вампира не было три дня. Сториз тоже. Не выложил даже фото своего пса – огромного алабая по кличке Дьявол, что делал регулярно. Странно для человека, который публикует в сети каждый чих и рык.

Историю появления у Вампира огромного пса-волкодава она знала. Алабая подарил сынок крупного туркменского чиновника, фанатевший от рэпа. Подарок был на миллион – в Туркмении алабаи с правильной родословной считаются достоянием государства. Она посмотрела последнее видео в соцсетях – Вампир стрижет ногти у себя на ногах, а потом когти на лапах у алабая. Три тысячи комментариев, двести пятьдесят тысяч просмотров. Мир, ты окончательно долбанулся.

Соня сдала редактору интервью в 16.30, и минут через десять текст появился на сайте. Не прошло и часа, как в редакцию позвонили из УВД. Звонил замначальника районного отделения, лично знакомый с Соней. Она каждый понедельник торчала на брифингах в управлении, проклиная их раннее начало. Но сейчас он набрал не напрямую Соне, как делал всегда, а секретарю главного редактора, чтобы показать, что разговор официальный и дело серьезное. Секретарь соединила с Соней.

– Да, добрый вечер, – раздраженно сказала Соня телефонной трубке и замолчала на полуслове, прислушиваясь к собеседнику. – Что? Не может быть. Понятия не имею…

– Да, да, – торопливо согласилась она и быстро записала что-то на столешнице карандашом, игнорируя бумагу, – завтра буду. Поняла, передано в прокуратуру. Обязательно. Адрес знаю. Фамилию следователя записала. Да, все будет с собой. – Соня повесила трубку.