Так строилась железная дорога

Кун Цинжун, конечно, был мужчиной, поэтому особого страха не испытывал. Он сказал:

– Хозяева – два старика, они тут жили раньше, теперь уехали.

С этими словами он вместе с Гао Юнхэном подошёл к накрытому пёстрой тканью предмету и откинул её. Их взгляду явился прямоугольный гроб. Женщины в ужасе отпрянули, невольно сделав шаг назад.

– Почему в комнате гроб? – спросила Юань Тинфэн.

Гао Юнхэн, не придавая этому большого значения, сказал:

– Наверняка хозяин сам для себя изготовил этот гроб.

Ань Сюэжун испуганно спросила:

– А сможем мы в таком-то месте жить?

Цзы Ци тряслась от страха, и голос у неё дрожал.

– Я боюсь здесь жить, – сказала она. – Ночью кошмары будут сниться.

Кун Цинжун шумно накрыл гроб пёстрой тканью, встряхнув её, чтобы

расправить.

– Вот так гроб, вот так гроб, разбогатели мы чтоб! У южан есть обычай намеренно соревноваться за гроб: они верят, что он приносит удачу. А мы в «Китайских железных дорогах» духом тверды и никакую нечистую силу не боимся. В восточном флигеле будут кухня и столовая, в западном – офис и комната для заседаний.

Думаю, всё складывается прекрасным образом.

Он сказал, чтобы Юань Тинфэн и две другие женщины занимали соседнюю комнату, а он сам и Гао Юнхэн поселятся в этой комнате с гробом, и тут же поручил Гао Юнхэну отыскать несколько подсобных работников, которые убрались бы в помещении, купить мебели, обставить комнату и на том посчитать, что официальное заселение состоялось.

Большинство работников «Китайских железных дорог» именно так и жило во время работы над проектами.

Удачным считалось, если получалось снять дом или установить временный домик из профнастила, но большая часть работников селилась в палатках и считала обычным делом работу и жизнь в таких условиях. Ань Сюэжун терзали сомнения после того, как она устроилась на крестьянском дворе. Она волновалась и боялась. Она позвонила Дэн Лицяну и описала свое новое жилище, а Дэн Лицян тут же передал эти новости Ван Чжунли. Ван Чжунли сказал, что работа на стройке не подразумевает роскоши и излишеств, а Ань Сюэжун постепенно привыкнет к новой обстановке. Если же ей будет совсем невмоготу, то ее переселят. Такая мысль была на самом деле и у Дэн Лицяна.

Едва Ван Чжунли, сидевший в своём кабинете, повесил трубку после разговора с Дэн Лицяном, как ему поступили ещё два звонка подряд: первый от вышестоящего начальника департамента Гао, который сказал, что скоро к Ван Чжунли придёт некто по имени Го Фухай.