Первая кровь осени

– Вот для этого самого, точно. Ну и еще – раздвигать границы реальности.

– Ну нахрен, – резюмировал Мэтт и повернулся на бок, чтобы не видеть треклятое окно. Ему все время казалось, что некто вот-вот посмотрит на него сквозь стекло.

Он хотел вспомнить слова хоть какой-нибудь молитвы, но этот участок памяти был запрятан где-то глубоко меж сумбурных пятен, заполненным всеми оттенками черного и белого.

И, словно подсказывая альтернативу, глубоко в голове возник шепот – чужой и странно знакомый голос:

– Я взываю к семи дочерям моря…

«Ну нахрен», – уверенно повторил про себя Мэтт, и голос исчез.

4. Осенняя ярмарка

Так уж случилось, что самые интересные истории происходят осенью. Конечно, смотря что считать интересным. Тут я мог бы привести множество лицемерных фраз о том, что понятие это субъективно, но давайте будем честны с собой – «самыми интересными» мы считаем истории, где убивают людей, желательно – с особой жестокостью. Мы сами стали подобны голодным осенним духам, алчущим жестокости и крови.

Осенняя ярмарка – всегда примечательное событие. Если тебе десять лет или меньше. Когда же ты рядовой полицейский, осенняя ярмарка означает в первую очередь несколько беспокойных смен подряд. Если, конечно, начальство не придумает что-нибудь совсем уж из ряда вон. Ребятам из соседнего отделения однажды не повезло – им пришлось поработать в буквальном смысле слова экспонатами на одной из подобных ярмарок. Кто-то придумал такую акцию, вроде как, полиция должна быть ближе к народу.

Любопытные детишки приставали с вопросами, залезали в патрульную машину и с важным видом нажимали на кнопки, включая-выключая сирены. Это, должно быть, выглядело ужасно мило. Первые полчаса.

«Я бы там сдох» – лаконично отозвался о ситуации мой напарник.

Впрочем, так он говорил в те наивные и беспечные времена, когда еще не был примерным семьянином и отцом двух чудесных крошек. Признаюсь, иногда я эгоистично жалею, что все изменилось.

Вдвоем было немного веселее «патрулировать» окрестные бары в поисках скучающих юных леди…

Милая Мэллори, если вдруг ты это читаешь, умоляю, не устраивай ему сцен. Конечно, в глубине души твой муж всегда знал, что именно ты предназначена ему небесами, но должен же он был проверить это экспериментально?

Так вот, ярмарка – это традиция; как обычно и происходит с большинством традиций, смысл ее со временем исказился до неузнаваемости.