Перезагрузка

Я увидела поднятый ствол Чумы и крикнула:

– Не стреляй!

И вдогонку удирающему дружку:

– Помни ГСО, гад!

Мерлину я велела всех выпускать, так что шансы уйти у дружка были. В этот момент один из лежащих на полу дотянулся-таки до своего карабина, но Чума среагировала быстрее меня – грохот, и раненый бессильно уронил голову с развороченной лобной частью.

Третий дружок был разорван гранатой чуть не в куски. На него даже смотреть было противно.

Я встала. Подошла к женщинам. Вынула нож, и бабы мелко задрожали в ужасе.

– Руки давай! – велела я и разрезала веревку на руках той, что помоложе, и видно, как-то сопротивлялась.

– Мы из ГСО, бояться не надо, – добавила я, – на вашем месте я бы на пару недель ушла из этого дома. Дружки могут снова явиться, а мы охрану поставить не можем.

– С-с-ппа- сибо, – выдавила более молодая из женщин.

– Не за что, – усмехнулась я. Какое тут спасибо… Я повернулась к Чуме. Та была совершенно спокойна, молодец, я так и знала, что из нее толк выйдет.

Стояла посреди комнаты, держа в руке какую-то бумагу.

– Глянь, Маус, какая фигня тут у них, – она хотела продолжать, но я мотнула головой.

– Уходим! Нечего здесь торчать.

– Возьмите с собой, – неожиданно заговорила старуха. Я в удивлении уставилась на нее.

– Возьмите листовку с собой, почитайте… и приходите к нам. Это спасение! Вы же хотите спастись?

Она вскочила, подобрала еще одну бумажку и стала совать мне. Я взяла и положила листовку в карман – некогда спорить.

– Уходим, Чума, – повторила я.

И тут мой взгляд упал на убитого. Не гранатой, а пулей в лоб. Он лежал, широко раскинув ноги в армейских берцах. И кстати, мужик небольшого ростика, хилый довольно.

– Подожди! – я кинулась к убитому дружку. Да, противно, мерзость. И вообще преступление даже, мародерство. Но сдохнуть зимой без обуви – еще хуже. Вскоре берцы, связанные за шнурки, болтались у меня через шею. Заодно я прихватила оба ствола и несколько рожков к ним, больше ничего интересного у дружков не нашлось.

– Собирайте вещи и уходите как можно скорее. Они могут прийти снова, – кинула я через плечо, и мы вышли. Думаю, бабы и сами догадались бы свалить отсюда.

Я выбрала хорошее укрытие за крупным бетонным блоком, и мы засели там. Может быть, что дружки в ближайшие час или два вернутся, и тогда все пойдет прахом. Конечно, надо бы дальше район патрулировать, но мы сегодня и так сделали что смогли.

Лучше дать возможность спасенным спокойно уйти.