Перезагрузка

Мне повезло – туалеты были открыты. Ясное дело, они не отапливались, но в помещении по-любому теплее и ветра нет. Туалет был привычно грязен, с рядом кафельных дырок в полу, даже не отгороженных друг от друга фанерками. Я присела возле последней в ряду дырки, нахохлилась и настроилась переждать час. К запаху мой нос вскоре привык.

Яра окинула меня долгим взглядом – голова и глаз забинтованы, и ничего не сказала.

– Вчера консервы привезли, иди разгружай.

Я пошла разгружать ящики. Работать было тяжело, конечно, но что делать? Сцепишь зубы и вперед.

Боль в голове пульсирует и кувалдой бьет в глаз. В конце концов, утешала я себя, это только восемь часов. И сегодня получка, кстати. Я пообещала себе, что возьму сухарей и сразу сожру два. Нет, три. Так светлая мысль об окончании рабочего дня и получке вела меня вперед.

Я разгрузила ящики с консервами, занесла их все в базу данных. Вымыла полы. Расчистила снег позади склада, куда подвозят продукты. Вернулась к Яре – та сидела за компом и гоняла по экрану нарисованные лодочки, с которых рыбаки удили рыбу.

Возмущение шевельнулось во мне сильнее обычного. Вот что за сволочь? Она всегда так – но ведь сейчас-то видит, что я ранена, догадывается, наверное, что мне больно и плохо, но нет, давай, Маша, паши как мул, а я тут пока в лодочки поиграю.

Она начальство, ей можно.

– Что еще сделать? – буркнула я. Яра повернулась ко мне, поставив игру на паузу.

– Сядь пока. Где это тебя угораздило?

– Птичка клюнула, – буркнула я.

– Что с глазом?

– Нет глаза больше, – я подумала и добавила, – но работать я смогу, вы не волнуйтесь.

Яра вздохнула.

– Чаю хочешь?

Ну и вопрос! Это у нее редко бывало. Сочувствие все же проснулось? Яра налила мне в жестяную кружку горячего кипятку, подкрашенного неизвестно чем. И вдруг расщедрилась – протянула сухарь. Я, конечно, со скоростью барракуды вцепилась в него зубами. Бабушка, помню, учила сухари в чае размачивать…

– Современные возможности, – сказала Яра, – позволяют восстановить глаза.

Кажется, делают протез, но в него встраивают механизм, позволяющий видеть. Связанный со зрительным нервом. Нейропротезы конечностей делают сейчас неотличимые от живых.

Я покосилась на ее собственную ногу на простой деревяшке. Ну точнее, на пластике или из чего там ее палка сделана.

– Да, – Яра поймала мой взгляд, – я надеюсь, что мне когда-то заменят ногу. Шансы есть.

Она с расстановкой откусила от бутерброда. Живут же люди.