Прошлое в наказание

Мы в Парке культуры познакомились. Я там снимал, ну и… познакомились. А в сентябре поженились. А потом она уехала на гастроли. Она в цирке работает. Гимнасткой. Уехала в Испанию и что-то не возвращается. Должна была вернуться в начале декабря, потом обещала к Новому году… Теперь сообщила, что остается там до конца января.

– А в чем причина?

– Будто бы гастроли продлевают. Но не могут же их все время продлевать.

– Почему не могут? Могут, – легкомысленно изрек я.

Он глянул на меня с надеждой.

– Думаешь, могут?

– Да.

Если зрители все время приходят на представления, почему не продлить?

Немного поразмышляв, он предложил:

– Давай выпьем.

– Давай!

Как водится, угомонились мы только к утру, завалились спать в разных углах дома. Я проснулся около часа дня, опохмелился в компании Михаила. Мы сидели на веранде, накинув на плечи куртки, – здесь было холодно, зато не так душно, как в комнатах. Миша вновь пребывал в мрачном настроении. Похоже, мои вчерашние слова перестали действовать.

Мне хотелось поддержать друга. Я не нашел ничего лучшего, как заверить его:

– Миша, все будет нормально.

– Что все? – Он поднял на меня грустные глаза.

– И у тебя, и вообще, – нес я какой-то вздор.

– А что – вообще? – вяло отреагировал он. – Не знаю, когда будет нормально вообще. Пока что все предельно мерзко. Уйма нищих. Бандиты безнаказанно грабят, убивают. Школьники хотят стать бандитами, школьницы – проститутками. Всё благодаря тебе и твоим дружкам.

Что я мог ответить ему? Что всего этого нет?

– Неужели ты думаешь, что все это было целью власти?

– Не знаю, какая была цель у власти, но… «По делам их судите их», – монотонно произнес он слова из Евангелия.

– Дела еще не закончены. Далеко не закончены.

– Ладно. Не дергайся…

Мы выпили еще по одной, потом еще, после чего я отправился домой. Пешком до электрички. Как и год назад, не стал вызывать машину. Не хотелось никуда спешить. Да и Анатолию следовало дать передышку.

Переделкино… Было пустынно, казалось, будто люди покинули окружающие дома – исчезли неведомым образом.

Невесомый снег летел с неба. Торжественную тишину портил хрустящий звук моих шагов. Природа словно приноравливалась к наступившему году. Мною овладело чувство умиротворения. Светлая вкрадчивая мелодия наполнила пространство – вновь это была так любимая мною вторая часть Третьей оркестровой сюиты Баха, названная композитором «Air». Поселок выпустил меня за свои пределы.