Собрание сочинений. Том 2. Мифы

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

В антикварном магазине я склонилась, рассматриваю гладкие деревянные фигурки демонов под стеклом. Очень старые и очень живые.

1. Демон с губой, отвисшей до колен, пытается что-то сказать.

2. Демон засунул в пасть свою руку и ногу и пожирает их.

3. Демон высунул длинный язык, которым щекочет свою же пятку.

4. Демон обеими руками яростно сдавливает свои женские груди.

5. Демон жадно пьет из чашки свою кровь.

6. Демон щипцами откусывает себе причинное место.

Вы знакомы мне, демоны самомучения.

Сколько раз я топтала свое самолюбие, унижала себя завистью и ревностью терзала себя по ночам. Я думала, что я небрежная, забывчивая, но христианка. А мои демоны пожирали меня у всех на глазах.

Теперь знаю, мне показали моих демонов. Они – во мне.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

– Хэлло! – горничная, с виду подросток, вошла днем в наш номер перестелить постель. Тамара была на пляже. Видимо, горничная решила, что я хочу отдохнуть или что там еще, не знаю. Она наклонилась над покрывалом и из-под алого форменного платья выглянул ужасающе грязный край шелковой сорочки.

Оглянувшись, она легко и страшно улыбнулась.

Вечером – уютные и хрупкие. Широкие лица и широко поставленные глаза, чувственный плоский рот и слегка приплюснутый нос.

Так округленно и женственно движутся, покачивая задиком, что уличные фонари и лавки китайских ювелиров льют золотые слезы, отражающиеся в черном канале, где темнеют плавучие жилища-лодки, крытые рифленым железом.

Здесь кошки обыкновенные, как и у нас.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

260 ступеней вверх ведут к пещере – храму, посвященному индуистскому богу войны. Вверх в гору текла струйка туристов, среди которых были и мы с Тамарой. Тамара быстро утомилась, мы присели на каменную скамью.

– Спустимся вниз, – предложил я.

– Нет, хочу взглянуть, какое лицо у бога войны.

– Понятно, какое: вместо глаз – дула орудий, вместо зубов – черепа, вместо ног – гусеницы танков.

– Не думаю. Скорее всего, он похож разгневанного Шиву: шесть рук – и все вооружены мечами и копьями.

– Ну, одна-то, наверно, со щитом.

– А кто на него может напасть? Он бог войны.

– Его побеждает время.

– Время побеждает всех, – сказала ты и усмехнулась.

– Почему женщины так чувствуют время? – подумал я вслух. – Оно вас разрушает, вот почему.

– Но у нас есть свой Сингапур, – на лице твоем блуждала странная обреченная улыбка.

– Не у всех, – заметил я.

– И не навсегда, – сказала ты.