Переписка художников с журналом «А-Я». 1976-1981. Том 1

] в начале 3 (?) ноября. Кто именно, сколько участников там будет, я не знаю. Я сначала хотел дать 2 работы, но Шемякин сказал, что лучше немного больше, так что, наверное, будет 5. Он на этой выставке художественный директор или что-то в этом роде, а кто оргкомитет и есть ли таковой, я не знаю. Когда я принёс для каталога свою фотокарточку (паспортную) и данные, то оказалось, что уже поздно. Каталог – большой и дорогой – уже запущен в издание, и все опоздавшие будут в каком-то дополнительном списке. Вот и всё, что я пока знаю об этом деле.

Глезер говорит, что эта выставка важна как подготовка к следующей, в Лондоне[2 - Выставка, организованная Глезером (точнее, Музеем русского искусства в изгнании, Монжерон) совместно с лондонским Институтом современного искусства (Institute of Contemporary Art), – «Unofficial Art from the Soviet Union» – проходила в Лондоне с 19 января по 27 февраля 1977 года. 51 участник. Был издан каталог.], где всё будет поставлено на ещё более серьёзную ногу и помещение будет полностью музейным.

Может быть, на этой неделе по другому поводу увижу Глезера, Шемякина и Зеленина, но тебе уже написать не успею, приедешь, сам во всё включишься.

О тебе Шемякин сказал примерно так: хорошо, пусть даёт работы, мы их повесим на выставку. С Терновским ещё не знаком, так как никто нас ещё не познакомил. В синематеке случайно видел Синявского, но не решился подойти и заговорить с ним. Познакомился с двумя хорошими людьми: Аликом Рабиновичем (композитор, музыкант) и с Николаем Боковым (литератор, работает в «Русской мысли»).

Шелковский – Косолапову 15.10.76

Дорогой Саша!

Очень был рад получить твоё письмо и очень радуюсь тому, что у вас всё благополучно. Это очень приятно слышать, особенно на фоне того, что приходилось слышать и здесь, и в Москве.

Эмиграция во главе с Лимоновым развела такой скулёж, что уши вянут и руки опускаются. В Москве уже вообще все в панике, во-первых, потому, что каждое слово читают через увеличительное стекло, во-вторых, потому, что любят это состояние: быть в панике.

А вот на днях разговаривал здесь с эмигрантом-художником: уехал в апреле и уже всё забыл, из?за чего уезжал, брюзжит комсомольским голосом. Так же как там все слишком идеализируют Запад, так же здесь все начинают идеализировать прежнюю жизнь и слюни разводить. У меня сейчас было бы не меньше поводов для жалоб (какой-то я здесь полуголодный, и раковина ежедневно засоряется тараканами).