Переписка художников с журналом «А-Я». 1976-1981. Том 1

Вспоминал, как когда-то нас с Аликом Анистратовым здесь арестовывали, возили на мотоциклах в местный КГБ. Да и сейчас подозрительно смотрят, может, одет не так, может, потому что с бородой, хотя должны были бы привыкнуть – художников здесь много бывает.

Что мне до этих людей, зачем я сюда приехал? Ведь я уже был здесь в самые мои хорошие времена, я всё это помню, всё это во мне осталось и живёт, зачем я ещё раз перенёс самого себя сюда. Просто потому, что подвернулся случай с машиной? Лучше бы остаться в мастерской и работать, так много нужно сделать.

Прошёлся по валу в сторону озера – солнце, ветерок. Хорошо. Ну а что мне-то до этого, ведь я не просто растение, которому этого достаточно, ведь сейчас везде хорошо: на берегу моря, на берегу Волги, Камы, в Крыму, хорошо везде, где есть солнце и голубое небо. Вот чайки сидят на лодке. Красиво. Но я ехал сюда не за этим, я ехал повидать вас, ваши работы, поговорить обо всём, что мне до этих чаек?

Купил книгу «Переславль-Залесский» за 8 рублей и спохватился, что денег осталось или на обед, или на обратную дорогу.

Да и то, хватит ли на билет, забыл, сколько стоит автобус. А что будет, если не хватит? Куда обратиться, к кому? Я здесь никого не знаю, все чужие, с опаской на меня поглядывают. Вот ситуация – я один, без денег и в чужом городе. Что делать? Простояв изрядное время в очереди в кассу, добрался автобусом до Загорска, под раскаты грома доехал до Абрамцева, скоренько добежал до дома – уже были первые капли дождя – достал ключ из-под клеёнки, открыл свою сырую комнату. С сильной головной болью лёг спать на влажную постель и проспал два часа. За это время ливень кончился, я поел каких?то консервов, напился чаю и поехал в Москву.

Герловины – Шелковскому 23.10.76, Москва

Милый Игорь!

<…> В нашем первом письме не будет никакой информации, а только положительные эмоции, накопившиеся за всё это время (пишу письмо я, Римма, а женщинам это прощается).

Дня через два-три мы напишем тебе обстоятельное письмо о житье-бытье здесь и одновременно вышлем посылку с бумагой и пастелью (краски не принимают).

Вчера Алик Сидоров получил от тебя последние новости и был у нас. В течение всего этого времени мы с тревогой следили за твоей «траекторией», догадываясь по описаниям ландшафтов о твоём состоянии. <…>

Жаль только, что ты не можешь сейчас работать, но я думаю временно. Во всяком случае, мы все здесь постараемся сделать всё возможное, чтобы помочь тебе как можно скорее.