Где наша не пропадала

Тем более Крапивник заглотил и не поморщился, только глаза выпучил. Я, глядя на него, тоже опрокинул. А она теплая, вонючая, горькая, едва до желудка доползла и сразу назад запросилась. Рот ладошкой зажал и пулей на улицу. Еле донес. Выполоскало меня, но что-то, видимо, осталось, потому как хватило дури в Барнаул вернуться. Прихожу, а Крапивник, раскрыв рот, слушает Амортизатора. Я правое ухо приоттопырил и ловлю нечто уже знакомое. Поворачиваюсь левым ухом, драли его намного чаще, оттого и слышит в полтора раза лучше – а слышит те же самые подробности… Часа не прошло, как сам Крапивник взахлеб живописал их, а теперь кушает как свежайшее блюдо и добавки просит.

Кстати, лучше всех о любовных похождениях рассказывают заики, я в этом не раз убеждался. Когда подходит самый смачный момент, у них от волнения клинит где-то в горле, и получается красноречивее любой многозначительной паузы, достоверности больше.

Сидим с Крапивником, запасаемся теоретическими познаниями, а Юрки все нет. И непонятно, куда он делся, – с его скоростью до дежурного магазина в десять минут можно обернуться.

Амортизатор тоже беспокоиться начал – деньги все-таки давал, но, главное, выпить не терпится. Сел на подоконник, чтобы не прокараулить. Да поздно спохватился – Юрку уже перехватили. Какая-то Розка из угловой комнаты заманила его сначала в окно, а потом на кровать. Это мы узнали, когда через час вернулся он потный и с расстегнутой ширинкой. Но водку сберег. Даже бутылку не почал.

К новой бутылке и новые разговоры, которым конца не видно.

Крапивник принял пятьдесят граммов, осмелел и ворчать начал:

– Чего рассиживаться, за окном стемнело, пора и на дело выходить.

Амортизатор видит, что в бутылке очень быстро убывает, и сразу же заботливым стал.

– Тебе, Юрка, хорошо, – говорит, – ты уже справил свою нужду, а ребятам не терпится. Веди их в седьмую комнату.

Крапивник тут же вскочил, пока не передумали. Я, грешным делом, надеялся, что Юрка отнекиваться начнет, закралось некоторое сомнение после того, как Амортизатора послушал, а мотню расстегнуть и в коридоре можно… В нем сомневался, но, главное, сам мандражил.

Думал, Юрка проволынит, с тем и разбежимся. А он взял да и повел.

На весь коридор одна лампочка, продвигаемся в полумраке. Три двери пропустили, у четвертой остановились. Прислушались. Тишина.

– Или никого нет, или все места уже заняты, – поясняет Юрка, – айда в седьмую, там наверняка найдем.

В седьмой и вправду кто-то был, воркотня доносилась.