Медленнее, ниже, нежнее… Рассказы о мужчинах, людях и сексе

 – Кукла…

Дальнейшие объяснения счастливого обладателя единственной женщины на корабле утонули во всеобщем гуле и улюлюканье. У проговорившегося бегали глазки, но было поздно. Пришлось демонстрировать даму. Игорь принёс обычный с виду чемодан и извлёк оттуда куклу неимоверной красоты. Повисла тишина. Искусственная девушка отличалась от живой лишь молчаливостью. Волосы – настоящие, длинные, тёмные, блестящие. Бархатная кожа, тончайшее кружевное белье, большая грудь с торчащими сосками, пухлый рот округлен буквой «О» и вагина без волос, со всеми анатомическими подробностями.

Иван вышел на палубу, укутанную чёрным одеялом ночи в прострелах звёзд. Море ощущалось только по запаху, но миллионы тонн солёной воды ни с чем не перепутаешь. Он вспомнил, как мальчишкой мечтал стать морским офицером, как поссорился с матерью из-за этого, как уехал учиться, как был счастлив, когда попал на БПК «Прямолинейный». И вот он здесь, в своей солёно-звёздной мечте, а на душе муторно…. Наташка… Ну что, Наташка… Если любит, дождётся…

– Ты чего ж ушёл-то, боец? – раздался рядом голос Василича.

 – Там мужики групповое изнасилование устроили с особым цинизмом, – он засмеялся и пальцами разгладил усы.

– Да не знаю, – тихо отозвался Иван. – Меня невеста ждет. А тут… ну измена не измена, а все равно как-то противно…

– Три тыщи зелёных такая игрушка стоит, представляешь? Игорёк-то, жук, её ещё полгода назад прикупил, а проболтался только сейчас! А что противно, это ты точно сказал.

– Не понравилось? – улыбнулся в ночь Иван.

– Да я и не пробовал, – махнул рукой Василич. – Посмотрел, как эти здоровые дураки резвятся и ушёл. Старый я уже для таких новшеств. Я по старинке. Повесишь в каютке фотку красоточки какой-нибудь и вручную! – он захихикал, тронув уже отглаженные усы. – Когда по три месяца на боевом дежурстве в море, чего ещё делать? Хорошо, что каюта двухместная и сосед на вахте, когда ты с неё приходишь. А в иллюминаторе море до горизонта. Свихнуться можно запросто.

Как тут без рукоблудия, когда по сто дней без баб. Зато потом на берегу кабаки гудели от разгула! А уж там баб – завались! Мы Севастополь так и называли: «город камней, блядей и бескозырок». Офицеры гудели в кабаках, матросики – на дискотеках. Случаев изнасилования тьма! Бывали случаи, когда девчонку приводили на корабль, и если он стоял у стенки на ремонте или ждал выхода на боевую, её держали где-нибудь в дальней каморке, кормили и потрахивали по очереди.